Читаем Пустошь (СИ) полностью

Учиха задумался. Всё-таки, судя по состоянию этого листка, оно здесь провисело уже не один день, и был ли смысл звонить туда. Но все листки с номерами были на месте, поэтому он оторвал один.

Затем было ещё одно объявление, целее, но плата за квартиру его не устроила. Он не хотел судорожно искать деньги на проживание в то время, как ему бы следовало исполнять мечты из своего списка последних желаний.

Только вот Саске сомневался, что у него был такой. Да и зачем?

Он сорвал ещё пару объявлений и тут же набрал номер самого нового и приемлемого.

На том конце ответил приятный женский голос, который виновато сообщил, что они уже сдали квартиру двум девочкам-студенткам и вообще не доверяют парням, так что Учиха в любом случае не смог бы там поселиться. Не дождавшись, пока женщина закончит свой словесный поток, Саске сбросил вызов и набрал следующий номер. Прислонившись плечом к доске объявлений, тот зажёг сигарету, слушая размеренные гудки.

Проходящие мимо люди заинтересованно смотрели на застывшего парня, который провожал их острым взглядом из-под чёлки.

Он набирал этот номер дважды, но никто не брал трубку.


– Чёрт, – ругнулся Учиха, вытаскивая из кармана помятый листик с номером и набирая его. – Вы сдаёте квартиру? – быстро выпалил Саске, даже выпрямляясь, как только на том конце ответили.


– Д-да, – сонный женский голос показался ему слегка удивлённым.


– Я подойду?


– Подходите… конечно. Адрес…

***

– Да не заливай ты! – выпалил Конохамару, громогласно смеясь и размахивая бутылкой содовой. – Не было такого!


– Было-о-о! – протянул второй парень, тыкая пальцем в грудь того. – Ты потом ещё всю ночь с тазиком обнимался!


– Да меня алкоголь вообще не берёт!


Шумная компания сидела в небольшом сквере парка, недалеко от института и коротала время за травлей баек о том, как круто они провели лето.

Узумаки не было особо чем похвастаться, поэтому он лишь слушал, изредка смеясь и подкалывая рассказывающих. Обычное дело, обычное общение друзей, которые могли смеяться друг над другом почти безнаказанно. С ними было легко… не так, как с Саске, который в любой момент мог перевернуть сказанное с ног на голову, да ещё и о землю приложить ответной фразой.


– А что я знаю! – подошедший к ним сонный студент выхватил из рук Сарутоби бутылку с пепси и приложился к той под его возмущённый крик.


– Эй! Не томи.


Наруто недовольно нахмурился, он ненавидел, когда тянули с началом истории, и легко хлопнул новопришедшего по животу, заставляя того оторваться от бутылки и закашляться:


– Узумаки, блин!


– Колись! – фыркнул Конохамару, усаживаясь обратно на лавочку и забирая свою бутылку. Хотелось выпить пива, но впереди ждали ещё две пары.


– Вы в курсе, что новенький наш больной! – выпалил парень, потирая живот, словно Наруто ударил слишком сильно.


Узумаки почувствовал, как внутри что-то оборвалось. Он поднял глаза на говорящего и замер, не зная, как реагировать.


– Чего? Чем это? – выпалил Сарутоби, заинтересованно подаваясь вперёд.


– Да хер его знает. Заразное что-то видать, – прыснул рассказчик. – Карин рассказала…


Кому там что девушка рассказала – Наруто не слышал. Его словно по голове пыльным мешком ударили. Ну да, конечно. Саске и его брат тогда очень громко выясняли отношения на кухне у Карин, и она явно не упустила своей возможности подсобрать немного компромата на Учиху.

И теперь…


– Эй! Узумаки, – Конохамару толкнул парня в плечо, вырывая его из мыслей, – чего с лицом у тебя?


– Да не, ничего, – отмахнулся Наруто. – И многие об этом уже знают?


– Да! Ты как будто наш поток не знаешь, – засмеялся веснушчатый парень, который пришёл с «благой» вестью. – Завтра, небось, и по другим группам разбазарят.


– И что в этом интересного? – пожал плечами Узумаки, забирая пепси у Сарутоби и отпивая из бутылки.


– Ты фишку не сечёшь! Это же… прикольно!


– Что прикольного в чужой болезни? – нахмурился Наруто, глядя прямо в глаза конопатому.


Парень открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут же закрыл его.


– Узумаки, – заявил Конохамару, – а ты с этим фриком сегодня дважды говорил…


– И что? – поморщился Наруто, поднимаясь с лавочки.


Вальяжно облокотившийся на него Сарутоби покачнулся, неожиданно потерял равновесие и развалился на лавочке, опрокидывая бутылку пепси.


– Ну блин! Разлил теперь, – досадливо буркнул тот, отряхивая руку, испачканную в пене, но не пытаясь встать.


– Да надо тебя проспиртовать, чтобы зараза от Учихи к нам не перешла, – пробурчал Конохамару, когда рука была более-менее очищена, а он принял вертикальное положение. – Ты сходи завтра в больницу, проверься… мало ли чего.


– Ты вообще дурак? – выпалил Узумаки, глядя на друга так, словно впервые видя его.


– Ну а что? Вдруг он правда заразен, а нам с тобой ещё общаться.


Сарутоби сказал это просто так, не подумав, как и большинство того, что он обычно говорит. Но слова как-то слишком уж резко ударились о Наруто, отзываясь где-то внутри тихим гулом и нарастающим раздражением.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство