Читаем Пустошь (СИ) полностью

- Хм, - отвёл взгляд Джирайя. - Наверное я нечаянно смешал сборы.


Цунаде тихо, но весьма отчётливо зарычала.


- Но ему же помогло! - пытаясь хоть как-то оправдать свой поступок, сказал Джирайя. - Он уснул!


- Я убью тебя, отшельник. Честное слово, убью!


- Но-но! Давай без насилия.


- Ах, без насилия?!


Наверное, Цунаде всё-таки прикончила бы его прямо на месте, но в этот момент Судьба сжалилась над отшельником, и по комнате разлилась писклявая мелодия телефона.

Но Цунаде не двинулась с места, продолжая пилить Джирайю тяжёлым взглядом и впиваться пальцами в грудь, словно бы хотела добраться до сердца и сжать. Мужчина тряхнул головой, прогоняя эти кровожадные мысли и кивнул на разрывающийся телефон:


- Отвечать будем?


Шипяще выдохнув, Цунаде всё же отступила в сторону, раздражённо срывая трубку с аппарата.


- Да? - выпалила она жёстко, но тут же её лицо разгладилось и Цунаде бросила взгляд на Джирайю. - А, Наруто…


Отшельник, моментально забыв про прекрасную ярость своей «коллеги», внимательно вгляделся в её лицо.


- Да, Джирайя рядом. Сейчас.


Протянув ему трубку, Цунаде погрозила пальцем:


- Разговор ещё не закончен. Учти.


С этими словами она развернулась и стремительно покинула комнату. Послышался хлопок двери её кабинета, и только тогда Джирайя прижал трубку к уху.


- Привет, Наруто.


- Привет, - отозвались на том конце провода. - Как вы там?


Взгляд отшельника в очередной раз скользнул по коридору до закрывшейся двери кабинета психолога.


- Чуть не подвергся физическому насилию, - усмехнулся он. - А вы?


- Насилию, - озадаченно повторил Узумаки, и голос его показался непонимающим, но затем парень прокашлялся и резко выпалил: - Мне нужно с тобой увидеться.


- Что-то случилось? - моментально насторожился Джирайя.


- Ну…и да, и нет. Я не знаю.


- Это связано с Саске.


Волнение стало ещё сильнее.


- Со мной.

***

Маленькая комнатка, выполняющая в доме лесного отшельника роль кухни, была единственным местом, куда не попадал солнечный свет. Наруто ещё в первые дни их переезда заклеил стёкла здесь газетами, чтобы глаза Саске не болели ещё сильнее. Брюнет тогда усмехался на все попытки Узумаки сделать всё как можно более пригодным к жилью, но молчаливо терпел: и компрессы, от которых веки переставало жечь, и уколы, позволяющие мышцам тела прекратить обращаться в камень.

Боль от судорог стала привычной.


- Ты, - неуверенно начал Наруто, глядя перед собой на уставившегося в чашку с кофе Саске. - В город не хочешь?


- Соскучился по цивилизации? - монотонно спросил Учиха, не поднимая глаз.


- Я говорил с родителями, но отец хочет встретиться лично.


- Зачем?


- Наверное, опять будет убеждать, что…


- Что ты извращенец, и это не лучшая жизнь для их любимого чада? - хмуро усмехнулся Саске и всё-таки взглянул на блондина.


- Пусть и так, - безразлично пожал плечами тот. - Я уже выбрал, как мне жить.


- И как же?


Чёрные брови приподнялись, Саске едва заметно улыбнулся. Только вот улыбка была пустой.


- С тобой. Здесь.


- Какие мы решительные.


Хмыкнув в кружку, Наруто отставил её и, вздохнув, всё же спросил:


- В чём дело, Саске?


- Всё хорошо.


Он опустил голову, уткнувшись подбородком в согнутое колено. Учихе очень не хватало своих волос, которыми можно было раньше закрыть глаза, а значит и эмоции.


- Теперь ты избегаешь меня, - напомнил Наруто и поднялся из-за стола. Аппетит пропал совершенно. Осточертевшая стена между ними покрывалась льдом обыденности, но вряд ли это волновало Узумаки. Он ведь и хотел спокойно остаться с Саске, куда бы их не закинул случай. Чем плох домик Джирайи?


На запястье сомкнулись холодные пальцы, удерживая на месте.


- Ты поедешь в город.


- Ну…придётся. Иначе родители приедут сюда, - невесело усмехнулся Наруто, но на Саске глядеть стал с некоторой опаской.


- И не вернёшься.


Язык ошпарило кипятком от одних лишь этих слов, и Саске закрыл глаза. Он сказал это, и всё словно бы в пропасть рухнуло.


- Вернусь. С чего ты взял?


- Теперь…теперь у тебя нет твоего обещания.


- Саске?


Но пальцы уже разжались, и брюнет вновь сложил руки на столе перед собой, немигающим взглядом буравя кружку. Это было похоже на паранойю, на отравляющий страх, что своими побегами пробирается всё глубже и глубже в душу, комкает её, перетягивает и превращает в исполосованное ядовитыми нарывами нечто. Каждое слово больно бьёт по сознанию, высекая искры в черепе.

Наруто смотрел на друга и с трудом мог прочитать эмоции на этом застывшем лице. Раньше было легче. Раньше, когда Саске не терзал себя глупыми мыслями, а сразу бил. Так было понятнее и можно было ударить в ответ. Не то, чтобы Наруто скучал по их потасовкам, но сейчас очень уж хотелось настучать Учихе по голове. Ради профилактики.

Вздохнув, Наруто подошёл ближе, останавливаясь сбоку от парня и пристально вглядываясь в растрёпанную макушку. Отросшие волосы торчали, как чёрные иглы, и Узумаки потянулся к ним, проводя рукой и не боясь пораниться.


- Я никуда не уйду.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство