Читаем Пустошь (СИ) полностью

Приехавший по первому звонку Джирайя, что так удачно задержался у Цунаде, со знанием дела осмотрел всё ещё подрагивающего Саске.


- Болевые приступы, Наруто. Опухоль растёт, и давление всё сильнее.


- Но я же даю ему таблетки, ставлю уколы, - устало и взволнованно протянул Наруто, сидя рядом с брюнетом. – Что не так?


- Ты всё правильно делаешь. Даже иные врачи так не стараются, - мягко улыбнулся Джирайя. – Время пришло, Наруто. В такой фазе болезни ему нужно быть на стационарном лечении, где есть доступ к сильным обезболивающим.


- Например? – скрипнул Наруто, уже зная, о чём идёт речь.


- Морфий.


- Я не смогу его достать.


- Только попробуй, - строго выпалила стоящая в дверях Цунаде. – Обычно за такое потом по головке не погладят.


- Нелегально, - виновато развёл руками Джирайя. – Так что…его только в больницу.


- И что там? Там будет лучше? – потерянно пробормотал Наруто, комкая в пальцах край рукава футболки Учихи.


- Ему сейчас нигде не лучше, - выдохнула психолог, подходя ближе и укладывая свою руку на плече отшельника. Под взглядами этих людей Наруто внезапно почувствовал себя маленьким мальчиком, который заигрался в песочнице.


Возможно, так оно и было.

И он заигрался.

Пора было заканчивать и выходить из затянувшейся игры.

***

Саске медленно перебирал в голове воспоминания, удивляясь, что и тут ничего цельного нет. Что произошло с ним?

С каждым днём ощущение того, что его заперли в этом бетонном кубе, усиливалось. Здесь всё было такое же, как и тогда, когда они жили вместе с Наруто. Даже эти нелепые гирлянды, что Узумаки притащил в надежде провести новый год.

Осенью.

А на столе лежала пачка сигарет и зажигалка, к которым Саске отчего-то никогда не притрагивался.

Иногда он не мог подняться с постели. Иногда не мог даже проснуться. В такие моменты казалось, что он действительно завис где-то между.

Только чем и чем?

Лучистые голубые глаза не шли из головы…

И хотелось просто прекратить существовать.

Умереть.

Но всё длилось и длилось…

***

- Итачи сказал, что тебе нужен морфий, - с порога заявил Орочимару, проходя в коридор и ставя на пол саквояж, чтобы скинуть с плеч пальто.


- Не мне, а Саске, - хмуро пробормотал Наруто.


Находиться рядом с этим человеком было отчего-то неприятно, будто бы доктор давил своей тёмной аурой, сжимал и оплетал.


- Слышал, Фугаку посадили.


- Знаю. Проходите.


Небольшая комната насквозь пропахла лекарствами, на разобранном диване то ли спал, то ли находился без сознания Саске. Всё такой же, только совершенно спокойный.

Почти мёртвый.


- Сколько он вам заплатил? – сложив руки на груди, спросил Наруто, наблюдая, как Орочимару деловито открывает саквояж и вынимает оттуда колбы.


- Достаточно. Ты думал, я буду работать за идею?


- Нет, - качнул головой блондин. – Всё логично. Вам платят – вы помогаете.


- Помогаю, - скептически усмехнулся Орочимару, набирая шприц. – Он в таком состоянии уже давно?


- Около месяца.


В желтоватых глаза появилось что-то похожее на удивление, а затем Орочимару тихо рассмеялся.


- И ты до сих пор не решился его убить.


- Что?


- Убить, Наруто, - ответил мужчина и поставил укол. После этого выпрямился, отбрасывая шприц на столик. – Это уже не Саске.


- Это он.


- Ты упрямый. От него заразился?


- Я буду ждать, пока он…


- Умрёт сам? – вздёрнул брови Орочимару.


- Пока не очнётся, - отчётливо произнёс Наруто. – Спасибо. Как этим пользоваться? Сколько?


Кивок на ампулки.


- Я напишу тебе, сомневаюсь, что запомнишь. Это серьёзная вещь, Наруто, - растянул губы в улыбке доктор, став похожим на какую-то гадюку. – Увеличишь дозу, и Саске умрёт.


Это прозвучало как намёк, как подсказка на немой вопрос Наруто о том, что же дальше. Только от осознания этого блондина передёрнуло, и он отрицательно качнул головой:


- Я не вы. Я не могу убить…любимого человека.


- Значит, недостаточно любишь, - фыркнул Орочимару и закрыл свою сумку. – Если бы любил, то чувствовал его боль, страдания.


- Он очнётся!


Наруто поднялся, пытаясь оттеснить мужчину к дверям, хотя его роста и внушительности явно не хватало – Орочимару так и остался стоять на месте.


- Он не очнётся, Наруто. Он останется овощем.


Янтарные глаза прищурились, и мужчина вновь улыбнулся:


- Он бежал от этого состояния, а ты…ты держишь его здесь, ведь так?


- Потому что я верю!


- Ты идиот! – взорвался неожиданно мужчина. – Ты веришь в то, что оболочка вновь наполнится жизнью? Что Саске, очнувшись, проживёт долгую и полную счастья жизнь?! Даже, если бы я провёл ту операцию, ему было бы суждено сдохнуть в течение года!


Наруто было открыл рот, чтобы ответить на этот выпад очередной упрямой фразой, но внезапно вся шелуха злых и ненужных слов отсеялась, оставив лишь то, что резануло по сознанию лезвием:

«Если бы я провёл ту операцию».


- Вы…операции не было?


Орочимару, отшатнувшись, прижал руку ко лбу и шипяще выдохнул, отрицательно покачивая головой.


- Я обманул всех, - печально рассмеялся мужчина. – Я думал, что исправлю ошибку, подарю вам с ним время, которое Джирайя и его благодетель забрали у меня и…


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство