Читаем Пустошь (СИ) полностью

Рука Хидана почти ласково прошлась по скуле парня, вынуждая Узумаки вновь брезгливо одёрнуть голову. Жёсткие пальцы тут же сменили милость на гнев, сжав волосы на затылке и фиксируя голову ровно.

Тихий голос почти на ухо:


Семь, восемь, шесть, пять -

Хочет тьма тебя обнять.


Саске сжал зубы до скрежета, цепляясь пальцами за едва торчащие концы верёвки. Если постараться, то можно будет расплести узел, но на это потребуется время, а так и не зажившие запястья пронизывает болью, заставляющей пальцы неметь.

Время. Ему нужно только время, чтобы высвободить хотя бы одну руку.

И Учиха понял, что времени ужасно мало, когда Хидан приложил острие скальпеля к щеке блондина. Голубые глаза расширились, но дёргаться Наруто не решился - слишком близко была бритвенная опасность.


- Наруто, - твёрдо выпалил Саске, буквально вцепляясь взглядом в глаза парня. - Смотри на меня.


Брови Узумаки дрогнули, словно бы он соглашался, а сам никак не мог отстраниться от удушающего трепета в груди и ощущения полной бредовости происходящего.

Это могло случиться с кем угодно, но только не с ним.

Саске успел заметить лишь тень, мелькнувшую на лице психа, прежде чем рука последнего пришла в движение.

Наруто показалось, что в лицо плеснули кипятка. Он думал, что боль будет в одном месте, но она разлилась по телу покалывающими осколками, почему-то острее чувствуясь в кончиках пальцев.

Смотреть. Нужно было смотреть на Саске и перестать закрывать глаза, ведь в этой темноте за веками не спрячешься.


- Наруто, - хрипло позвал Учиха.


Хидан тихо захихикал, поднося окровавленный скальпель к своим губам. Багровые всполохи в его глазах будто бы стали явственнее, реальнее, когда он довольно провёл пальцами по лезвию, собирая капельки крови.


- Мой Бог доволен твоей кровью.


- Я засуну твоего Бога тебе в глотку, - зло пообещал Саске, цепляясь пальцами за кончики верёвки, но те соскальзывали. Никак не согнуть руку так, чтобы зацепиться сильнее и потянуть…


- Ммммм, - улыбнулся псих, растирая кровь между пальцами. - А у тебя злое сердце, Саске. Мне интересно попробовать его на вкус.


Наруто вздрогнул. Боль постепенно отступала, и к коже возвращалась чувствительность. Что-то тёплое скатывалось вниз от пульсирующей полоски на щеке.

Голову вновь зафиксировали, и Наруто нашёл взглядом глаза Саске. Холод, плескавшийся на дне чёрных провалов, будто бы успокаивал…

…До того момента, пока очередная вспышка боли не резанула по лицу.

Кричать бы и не получилось, но радовать этого ублюдка даже мычанием, от которого, безусловно, стало бы легче, Наруто не собирался. Он упрямо сжал зубы, шумно выдыхая через нос обжигающий воздух.

Пальцы всё-таки зацепили кончик верёвки, и Саске потянул его, чувствуя, как лишь сильнее затягивает путы.

Это неправильно. Почему достаётся этому наивному идиоту вместо него? Почему все шишки вечно сыплются на Узумаки, словно Судьба насильно пытается убедить парня в неправильности его пути.

Заблудился - очередной тумак от капризной Фортуны направит на нужную, правильную дорожку. Но как же нужно было отклониться от курса, чтобы встретить это?

Пальцы второй руки нащупали конец верёвки как раз в тот момент, когда Хидан начал делать третий надрез.

Наруто сжал руки в кулаки, пытаясь сосредоточиться на дыхании. Воздух проталкивать в лёгкие было трудно: то ли от вони, исходящей от стоящего рядом психа, то ли от сковавшего всё тело подергивающего спазма.

Всё не должно закончиться здесь…


- Никто никогда не верил мне, - проговорил Хидан, проводя по разрезу ещё раз и углубляя его, чтобы по меловой коже побежала тёмная струйка крови. - Никогда. Все те, кто был рядом, считали меня психом.


Саске хотел было сказать, что на самом деле все ошибались, и Хидан куда как хуже банального сумасшедшего, но слова застряли в горле, стоило встретиться взглядом с затуманенными глазами Узумаки.

Будет только хуже…


- А потом я доказал им, что мой Бог существует. И он гораздо реальнее вашего…


Хидан встал напротив Наруто, заслоняя собой Саске. Потеряв чёрные глаза, Узумаки будто бы ощутил всю ту боль, от которой раньше получалось как-то заслоняться. Он поднял глаза на психа, впервые желая живому существу смерти.


- Ты видишь Его? Видишь моего Бога?


Хидан улыбался, поигрывая скальпелем. Он ждал ответа, но как его мог дать Наруто, чей рот был всё ещё закрыт скотчем?


- Молчишь, - страшно прошипел парень.- Они тоже молчали…но не бойся…ты сможешь заговорить, когда я закончу. Мой Бог готов принять тебя. Ты увидишь его, поверишь мне…


Скальпель прижался к горлу, и Наруто прекратил дышать на секунду, понимая, что последнее, что он увидит в своей жизни, будет перекошенное лицо этого маньяка…

А затем беловолосый странно дёрнулся, отпрянув назад. Точнее, его оттащили, опоясав горло верёвкой.

Он наугад ткнул скальпелем себе за спину, но тут же его тело мотнуло в сторону, и железка выпала из пальцев, печально зазвенев по полу.

Саске едва мог удерживать концы верёвки, но злость придавала ему сил, наполняя тело расплавленным огнём.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство