Читаем Пустошь (СИ) полностью

Если Саске в этот раз…

Нет! Не думать об этом!

Наруто откинулся спиной на холодную стену и чувствительно стукнулся затылком об неё же. Нужно было запретить себе думать об этом ещё по дороге сюда. А сейчас пытаться убедить себя в очередном чуде, которое просто обязательно должно было произойти, как-то не выходило.

***

Здесь было до отвращения холодно. Этот липкий, мерзкий холодок медленно поднимался по ногам, выстуживая пальцы, заставляя икры покрываться мелкими мурашками.

Саске приоткрыл глаза, уставившись в темноту.

Ничего…ничего ровным счётом не происходило. Он даже не мог понять, где находится. То ли это палата, то ли его бросили в коридоре…то ли он уже умер, и это такое своеобразное наказание.

Неведение.

Ведь оно точно может стать одним из видов пыток.

Саске даже хрипло усмехнулся, удивившись, что из горла всё же вырвалось подобие звука.

А потом почувствовал на своей щеке холодные пальцы и привычно затаил дыхание. Рядом с ней оно казалось лишним.

«Я же говорила, что ты будешь жить»…


- Пошла отсюда…


Это вышло тихо и как-то до того неуверенно, что даже Саске не поверил в решительность своих слов. Словно ему хотелось, чтобы она была здесь, чтобы заполняла своим присутствием эту зыбкую тишину и расплывающуюся перед глазами темноту.

Белокожая здесь была на своём месте.

Логичном и законном.

«Ты будешь со мной, мой маленький мальчик, до тех пор, пока мне не надоест эта игра».

Пальцы двинулись ниже, скользя расплавленным железом по рукам, по венам…

«А я ещё не наигралась…ты не выполняешь мои условия».


- Какие условия?


Тихий смех раздался в голове, отзываясь стуком паровых молотов в висках.

Её пальцы впились в руки, пуская по ним острую боль, словно наложенные швы вновь разошлись. Саске сцепил зубы, закрывая глаза. Она не реальна. Всего этого нет…

«Ты будешь со мной до тех пор, пока я не прикажу тебе уйти!».

Злое шипение над самым ухом и дыхание с запахом речной сырости…

«А до тех пор, ты в моих руках»…

***

Наверное, Наруто сам не заметил, как задремал прямо на лавочке. Или же просто мозг решил, что так для него будет лучше.

Очнулся парень лишь тогда, когда рядом послышался торопливый стук каблуков о плитку и женский встревоженный голос. Разлепив глаза, Узумаки с удивлением воззрился на ту самую светловолосую женщину, которая быстро шагала к замершему рядом Итачи.


- Цунаде, благодарю, что вы приехали, - кивнул Учиха.


Блондинка нетерпеливо махнула рукой, мол, оставьте свои сантименты при себе, и требовательно уставилась в какое-то посеревшее лицо Итачи.


- Состояние Саске?


Наруто даже поднялся, но его пока не замечали, словно он слился с этими стенами.


- Стабильное, но они не хотят…


- Конечно, они не хотят его отпускать, - даже не дослушав, фыркнула женщина. – С чего бы…


- И что же дальше? – робко спросил Наруто, поглядывая на Цунаде с некоторой осторожностью, словно эта волевая женщина могла внезапно припечатать его своим тяжёлым взглядом к грязному полу.


- Оу, и вы здесь, - удивлённо вздёрнула она брови, поворачиваясь к Наруто. – Выхода два: или же его определяют в психиатрический стационар или же…всё же отпустят.


- Психиатрический? – нахмурился Наруто. – То есть…


- В дурдом, - коротко и ёмко пояснила Цунаде. – Но… для того, чтобы выяснить всё, мне нужно поговорить с вами Итачи…и кое с кем из персонала. Пойдёмте.


Подцепив старшего Учиху под руку, она потащила его в сторону широкой лестницы, и Наруто как-то остро почувствовал, насколько он здесь чужой.

***

- Ему нельзя здесь оставаться, - протараторила Цунаде, быстро шагая по мрачному коридору второго этажа. Здесь был такой же тусклый свет, как и внизу, обшарпанные стены повторяли одна другую, и могло показаться, что ты никуда и не поднимался. Больница - один большой обшарпанный монстр, готовый поглотить любого.


Цунаде не знала, отчего это здание, находящееся практически в центре города, до сих пор не привели в порядок. Очевидно, выделяемые на содержание городских заведений деньги понадобились кому-то больше, чем больным и персоналу. Действительно, это всего лишь больница. Сюда болеть ложатся, а не архитектуру рассматривать.

Кабинет дежурного врача Цунаде нашла безошибочно - слишком часто приходилось бывать здесь, и дряхлый монстр не мог обмануть опытную женщину.


- Добрый вечер, - сходу выпалила она, закрывая за собой дверь небольшой комнатки, утопающей в запахе кофе и тихом жужжании ночного радио.


Сидящая за простым столом светловолосая дама подняла глаза на Цунаде, щурясь и кривя обветренные губы в какой-то презрительной гримасе.


- Часы посещения закончились, - неприветливо каркнула она, закрывая тонкий сканворд и поднимаясь из-за стола. Очевидно, так она хотела показаться выше или значимее, но Цунаде лишь хмыкнула, глядя на дряхлеющую женщину сверху вниз.


- Я психолог одного из ваших пациентов. Учиха Саске. Мне сказали, что он поступил к вам…


- А, тот, - бросила женщина, подбочениваясь. - Ну, привозили.


- Я должна поговорить с ним.


- С чего бы?


- Я его врач.


- Психолог.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство