Читаем Пустой мир 2. Война за престол (СИ) полностью

- Бортовые щиты! Максимальная мощность! – скомандовал он, надеясь только, что они успеют вовремя, прежде чем вступит в действие вторая фаза ловушки.

Всего несколько секунд прошло после прозвучавшей команды, и первый массреактивный снаряд пробил внешнее бронирование корабля, пройдя сквозь активированные защитные щиты так, словно их и не существовало. Сверхтяжелые дальнобойные орудия, предназначенные для поражения крупных целей, гораздо больших, чем корабль-призрак, вроде огромных и хорошо защищенных линкоров и супердредноутов, открыли огонь по обнаруженным целям. Первое же попадание пробило внешнее бронирование, снеся противовзрывные переборки так, словно их и не существовало, и только после этого снаряд взорвался в центральной части корабля, превратив в пыль почти весь жилой отсек со всеми, кто там находился. Сила взрыва была так велика, что корабль сбило с курса и резко повело вправо, прежде чем рулевой снова смог выправить положение.

А снаряды шли один за другим, без всякой пристрелки, по уже рассчитанным траекториям, ориентированные только на те неяркие вспышки, что возникали, когда очередную приближающуюся мину сбивали зенитные орудия или же она взрывалась сама, добираясь до бронирования корабля.

- Доложить о повреждениях! – скомандовал капитан, цепляясь за перила, чтобы не упасть. После первых серьезных повреждений часть корабельных систем отключилась, в том числе и основное освещение на мостике, и теперь свет шел лишь от многочисленных мониторов связистов и операторов. На некоторых сейчас даже ничего не было, кроме сплошных помех, поскольку отключились датчики, на других же все выводились данные, позволявшие хотя бы примерно оценить масштабы повреждений.

В некотором смысле кораблю еще повезло, взрыв не задел жизненно важные системы, и еще мог двигаться и даже отстреливаться, хотя, конечно, полноценной боевой единицей уже не был. Большая часть жилых отсеков уничтожена, почти треть внутренних помещений блокирована из-за возникших там пожаров или разгерметизации, нарушены системы охлаждения и подачи боеприпасов к башням основного калибра в носовой части корабля. Внешнее бронирование повреждено больше, чем на шестьдесят процентов, а в инфракрасном спектре можно увидеть растянувшийся на несколько километров столб раскаленного воздуха и дыма, идущего из разрушенных секций, охваченных огнем. Аварийные команды и матросы пытались произвести хоть какой-то ремонт, но серьезно изменить ситуацию не могли, тем более, мины продолжали атаковать корабль.

- Подняться выше и выйти из пояса обломков! – приказал капитан, понимая, что в ином случае корабль обречен, - всю энергию на щиты, отключайте призрачную защиту, нас все равно отлично видно! Мы выходим из боя! Навоевались… - последнее уже было сказано больше для себя, так тихо, чтобы никто другой не мог расслышать. Катусиро злился на себя, разочарованный тем, что так легко попался в ловушку, и теперь только остается надеяться, что успеет вывести корабль из боя и не даст пропасть ему вместе со всем экипажем и им самим в том числе.

Три минуты спустя, как корабль пытался выполнить приказ капитана, снаряд с массреактивным ускорением прямым попаданием превратил в сплошную мешанину обломков и развалин всю нижнюю корабельную надстройку и вторую кормовую башню, серьезно повредив и часть основного корпуса. От удара корабль начал медленно вращаться, системы стабилизации оказались слишком серьезно повреждены, чтобы восстановить центр тяжести. За прошедшие две с половиной минуты корабельные системы зафиксировали еще два снаряда, прошедшие мимо, один несколько выше основной корабельной пристройки, сбив лишь антенну центральной пагоды, второй чуть за кормой, с ошибкой в наведении меньше двухсот метров, что значило практически впритирку.

- Мы на прицеле! – сообразил капитан и сразу же дернулся к рулевому, - Уводи нас с этого курса! Быстрее! Мы еще можем успеть… - новое попадание, потрясшее весь корабль от носа до кормы, а затем, буквально несколько мгновений спустя, что успело отсчитать сознание Катусиро, последовал мощный взрыв, прошедший по всему кораблю. Ревущее голубое пламя взорвавшегося плазменного реактора за доли секунды залило коридоры, за доли секунды превращая живых людей в пепел.

Корпус корабля дрогнул, а затем развалился на две части, высвобождая энергию взрыва основного реактора, пробитого насквозь прямым попаданием, выбрасывая в воздух обломки брони и внутренних перекрытий весом с тяжелый танк. Сила взрыва вывернула одну из кормовых башен со своего места, и секунду спустя в ней детонировал имевшийся там собственный боезапас. Еще через две секунды вся кормовая часть корабля просто исчезла во вспышках взрывов, превратившись в отдельные обломки.