Читаем Пусть она уйдет полностью

Хлое было одиннадцать, когда ее матери не стало. Они в то время жили в Ридинге. Диана какое-то время болела, и Ричард был в отъезде в Испании, когда она внезапно умерла. Ближайшие соседи находились в двух милях от них, и Хлоя осталась одна со своей мертвой матерью на всю ночь, пока местный зеленщик не принес им доставку на следующее утро и не обнаружил ее.

Я даже не пытаюсь себе представить, каково было Хлое. Вот у нее идиллическое детство с любящими и заботливыми родителями, а уже в следующую секунду она не только теряет мать, но и вынуждена сидеть с ее телом в одиночестве несколько часов и ждать. Ричард оплатил лучших профессионалов, чтобы помочь Хлое, но, по его словам, она так окончательно и не оправилась. Его счастливая, жизнерадостная маленькая девочка стала отстраненной. Закрытой. Она почти не разговаривала. Ричард верит, что подсознательно она винит его за то, что он был далеко, когда все случилось. Он тоже несет свой груз сожалений.

Однажды я спросила его:

– Это был рак?

Его глаза наполнились слезами.

– Джо, милая… Давай не будет говорить о прошлом. Мне страшно даже вспоминать о нем.

– Конечно, – ответила я тогда, и мое сердце заболело за него и за Хлою.

Они переехали в Лондон, когда Ричард решил устроить Хлою в новую школу, но дела шли не очень. У нее были проблемы с привязанностью. Она не отходила от него ни на шаг и стала полностью от него зависима. Когда он уходил на работу, она впадала в истерику. Отказывалась идти в школу. Это продолжалось месяцами. Ричард отчаянно мечтал о том, чтобы ей стало лучше, чтобы она могла оставить прошлое позади и снова стать счастливой. И тогда он решил отправить ее в интернат, где она сможет подружиться с девочками своего возраста. Ричард искренне верил, что это единственное средство, которое поможет ей оправиться от смерти матери и вернуться к нормальной жизни.

Он изучил списки самых элитных учреждений с безупречной академической репутацией и выбрал школу, которая, по его мнению, лучше всего подходила именно Хлое. Одну из самых эксклюзивных – и самых дорогих (что для Ричарда не имело никакого значения) – школ в Швейцарии.

Однажды он сказал, что до сих пор испытывает чувство вины, хотя в глубине души верит, что тогда поступил правильно, ведь постепенно Хлоя стала более уверенной в себе, более счастливой. Она приезжала домой на все каникулы и праздники, а летом они вместе ездили в Италию, в Париж или куда она хотела.

Два года назад Хлоя окончила старшую школу и теперь жила в лондонской квартире, которую ей купил Ричард. Последний раз я слышала, что она изучает фотографию в Колледже моды Лондона.

Я хотела познакомиться с Хлоей еще до свадьбы, когда мы только встречались, но каждый раз, когда Ричард ей это предлагал, она находила причины отказаться. Слишком занята. Слишком много учебы. У нее другие планы.

– Это из-за разницы в возрасте? – как-то спросила я. – Ее это беспокоит?

Ричард на девятнадцать лет старше меня, и Хлое это могло показаться чересчур.

– Не думаю. Она и бровью не повела, когда я сказал. Ей просто нужно время.

И однажды, во время обеда в «Ле Гаврош», он сообщил Хлое, что сделал мне предложение. Он рассчитывал убедить дочь встретиться со мной, потому что для брака ему нужно ее одобрение. Но, услышав это, она просто побелела, вскочила с места, схватила свое пальто и ушла.

– Она одумается. Вот увидишь, – сказал он тогда.

Мне казалось очень милым, что он хочет нас познакомить и ищет ее одобрения, но мы пытались организовать встречу неделями, а Хлоя не проявила ни малейшего интереса.

– У нас впереди вся жизнь, – говорила я, хотя в какой-то момент все это стало вызывать у меня недоумение.

Однажды Ричард заявил, что с него хватит:

– У нее своя жизнь, как и у нас. Если она хочет играть в игры – пожалуйста.

Мы поженились в Кью Гарденс прекрасным весенним днем, и только потом, во время нашего медового месяца – мы просто чудесно провели его на островах в Греции, – он рассказал мне, что Хлоя позвонила ему в день нашей свадьбы и заявила, что если он ее не отменит, она больше никогда с ним не заговорит. Ричард ответил, что это ее решение и он очень сильно ее любит, но не позволит диктовать ему такие абсурдные условия. Хлоя повесила трубку. Это был их последний разговор. Пока он не рассказал ей про Эви.

И то, что она написала нам сейчас и заявила о своем желании приехать и познакомиться со своей маленькой сестренкой, – это просто чудо. Хлоя всегда была как тень, омрачавшая наше будущее, но теперь все должно было измениться.

Ричард возвращается в гостиную.

– Ну как? Ты поговорил с ней?

Он с широченной улыбкой кивает.

– Да. Она приедет на поезде к пяти часам в пятницу.

– Ох, Ричард. Это же замечательно! Я так за тебя рада! – Встаю и обнимаю его за шею. – Я постараюсь, чтобы она почувствовала себя максимально комфортно. Это и ее дом тоже, и я сделаю все, чтобы Хлоя это поняла.

Ричард берет меня за плечи, и на его глаза наворачиваются слезы.

– Спасибо, Джоанн, это очень много для меня значит. Ты точно не против, если она проведет здесь несколько дней? Вместе с нами?