Читаем Пушистая катастрофа полностью

— Ты останешься здесь. — Он посмотрел на меня диким синим глазом, и я

невольно сжалась. — С Эдит.

— Эдит уже ничего не угрожает, а я бы могла помочь вам… там.

— Чем же?

— Понятия не имею, но хочу участвовать. Пожалуйста. Я заслужила право увидеть

рожи этих сволочей, когда они поймут, как облажались.

Хельму сомневался недолго.

— Хорошо, отправишься со мной и расскажешь по дороге, как именно вы с Эдит

смогли выбраться и как вернулись. Дорога от портовых складов долгая.

— Что могу сказать, босс, повезло тебе с дочерью, — фыркнула я, карабкаясь на

его плечо по строгой форме городской стражи.

Эдит на все расспросы отвечала односложно или вовсе не отвечала, она была

девочкой умной и ответственной и тайну нашу собиралась хранить.

И я тоже собиралась ее хранить, как самое заинтересованное лицо, а это значило, что ждала волка долгая, запутанная и невозможная даже в теории масштабная и

бессмысленная болтовня.

Отряд захвата был собран быстро, вместо кареты были кони, что существенно

ускорило наше передвижение.

Всю дорогу до складов я сидела за пазухой у волка, распластавшись по его груди, прижатая грубой тканью застегнутого на все пуговицы мундира, и врать могла очень

сдержанно и тихо, не слыша половины наводящих вопросов.

Как бы волк ни представлял себе нашу беседу во время безумной скачки, он много

чего не принял во внимание…

***

Для похитителей и шантажистов нерасторопная кучка полуголых сонных

недоразумений, щурящихся на свет и окруживших их стражников, выглядела слишком

бестолково.

И правда тепленькими взяли, подумала я, заметив, как некоторые зябко ежились, осоловело оглядываясь и мечтая вернуться под одеялко.

— Как минимум двоих нет, — негромко, на ухо волку, доложила я, не почуяв

присутствие того отморозка, которого укусила вчера в парке, и второго, который ехал с

нами в карете. Кареты рядом с домиком тоже не было, но сначала я не придала этому

особого значения, а теперь вот задумалась… могли ли те двое тоже быть сильно важными

винтиками?

Хельму кивнул, подтвердив, что услышал и принял к сведению.

Клетка для заключенных прибыла с опозданием. Стражники успели не только

осмотреть домик, но и приступить к допросу.

Я изнывала от желания поучаствовать. Хотела попробовать себя в допросах и

проверить, как скоро кто-нибудь из этих самодовольных болванчиков начнет говорить, если ему поджарить пяточки.

Я знала, что люди назвали бы мой допрос скорее пытками, смутно осознавала, что

такое не поощряется, хотя не понимала почему. И могла только жадно следить за

стражниками с плеча Хельму.

Глава 4

Волк не поехал в управление руководить допросом, а вернулся домой и весь день

просидел в спальне детеныша, в дурацком розовом кресле. Слишком низком, слишком

тесном и слишком неудобном для него.

Сидел в полумраке, задернув шторы и оставив гореть лишь небольшой ночник на

прикроватном столике, и смотрел. Выглядел волк при этом так, что пугал и меня, и

служанок, изредка заглядывавших к Эдит.

Устроившись на спинке кровати, я хорошо могла видеть их лица, когда они

замечали тяжелый, мерцающий в темноте взгляд своего хозяина.

— Морду расслабь, — посоветовала я, когда терпение мое сдохло — сил больше не

было смотреть на его мрачную рожу. — Если мелкая увидит, испугается, а у нее за

прошедшую ночь и без тебя плохих воспоминаний с лихвой наберется.

Хельму попытался расслабиться, но получалось у него так себе.

— Спасибо.

Я растерялась.

— За совет?

— За то, что помогла ей. — Волк все еще воевал со своим лицом и выглядел

жутковато. — Эдит сказала, что вы смогли оттуда выбраться только благодаря тебе.

— Да без проблем, — пробормотала я. — Ты же меня для этого и нанял, верно?

Чтобы я ее защищала.

— Чтобы ты за ней присматривала. И рассказывала обо всем мне, — поправил он

меня. — Эдит не должна была оказаться в подобной ситуации.

— Ты командор городской стражи, тот самый тип, из-за которого честные

преступники попадают за решетку, и ты говоришь, что никто не мог попытаться надавить

на тебя через дочь?

— Эта система куда сложнее, чем тебе может показаться. А закон не идеален… —

ответил он через какое-то время. — До прошлого месяца между преступниками и

законниками существовали определенные правила, но все изменилось после бойни в

Оверане.

— Бойни?

— В тенях началась борьба за власть, — сказал он. — Не состоящий в гильдиях

сброд и мелкие шайки, чтобы не лишиться жизни, покинули столицу и разбрелись по

соседним городам. Нам, расположенным к Оверану ближе всех, особенно не повезло.

Из сказанного им я вынесла только самую главную мысль:

— То есть Эдит теперь всегда будет в опасности?

— Как минимум в ближайшее время. Я приставлю к ней охрану, — пообещал

Хельму.

Детеныш хрипло закашлялся в подушку.

Мы переглянулись.

— Целителя? — не очень уверенно предложила я.

Потрясение и переохлаждение пошатнули здоровье Эдит, но срочно вызванный

целитель заверил, что особых причин для беспокойства нет.

— Ей нужен покой, — сказал он, важно поглаживая пушистые седеющие усы. — И

эти лекарства, — добавил, протягивая Хельму внушительный список.

И ушел.

— Не многовато ли? — с сомнением спросила я со своего нового, сильно удобного

насеста — с плеча волка.