Читаем Пуговица Дантеса полностью

Декабрист Иван Якушкин: «Рано утром 14-го Александр Бестужев заехал к Якубовичу с тем, чтобы вместе с ним ехать в Московский полк. Якубович сказал ему: “Такое предприятие несбыточно; ты – молодой человек, не имеешь никакого понятия о русском солдате, а я знаю его вдоль и поперек” и пр. Якубович был великий хвастун и при всяком случае отпускал самые отчаянные фразы, не имея притом никакого политического убеждения, но на Кавказе он служил отлично; Ермолов не раз давал ему очень важные и весьма опасные поручения; он там прославился смелыми своими набегами на горцев… Александр Бестужев отправился один в казармы Московского полка, где все было уже готово к присяге: на дворе были выставлены знамена и налои. Бестужев пробежал прямо в роту своего брата, которая уже была в сборе, и начал уверять солдат, что их обманывают, что цесаревич никогда не отрекался от престола и скоро будет в Петербурге, что он его адъютант и отправлен им нарочно вперед и т. д., после чего с теми же словами он отправился в роту Щепина. Скоро потом роты получили приказание выходить для принесения присяги. Александр Бестужев последовал за ними, и, когда оба батальона выстроились, он продолжал громко и смело уверять солдат, что их обманывают. Генерал Фридрикс, полковой командир Московского полка, подошел было к Александру Бестужеву с строгим видом, но Бестужев из-под шинели показал ему пистолет, и Фридрикс удалился…» [10]

Во-вторых, среди самой верхушки заговорщиков начались разброд и шатание. «Цареубийца» Каховский и не думал становиться «убийцей тирана». Даже притом, что кровь кипела и безумно хотелось кому-нибудь «выпустить кишки»; правда, было бы неплохо, если б жертва оказалась познатней. В день восстания отставной поручик поднимал Гвардейский флотский экипаж и одним из первых прибыл на Сенатскую площадь. Раздосадованный вялостью единомышленников, он, как хищник, высматривал добычу и нервно ходил вдоль выстроившегося у Медного всадника каре.

Якубович… Бегал, бегал с саблей, призывая «умереть как один за Конституцию», а потом вдруг… куда-то пропал. А ведь клятвенно обещал взять Зимний и пленить «императора-самозванца»! Не взял и не пленил. Вообще ничего не сделал. И всё же он, как чудодейственный болванчик ванька-встанька, вынырнет совсем в другом месте (впрочем, об этом чуть позже).