Читаем Птица счастья [СИ] полностью

Им было легко вместе. Сидя в кафе, Леночка увлеченно рассказывала про свой университет, истеричку на соседнем кресле в самолете и дожди в Москве. А Сережа слушал и просто хотел прикоснуться к ней. Они учились вместе много лет, он видел ее тысячу раз. На пляже Леночка переоделась в купальник — притягательность выразительных глаз отступила перед остальными сокровищами ее молодого тела. Гормоны кипели в Сереже, подогреваемые комфортом, обстановкой и любопытством перед неизведанным, но так — никогда. Сейчас море отражалось в глазах его бывшей одноклассницы и наполняло их загадочной синевой, яркой, с бирюзовыми искрами. Вдруг он, не дожидаясь ее, устремился в воду с воплем: «Кто последний, тот — слизень зубоскалый!» Ему было все равно, что сказал он какую-то глупость, а скалистое дно резало ноги, главным было желание остудиться.

Она подплыла следом, вынырнула прямо напротив и обхватила Сережу за шею.

— Давай, руки в замок и «на три» подкидывай меня.

Сережа послушно сомкнул руки под водой и почувствовал, как Леночка поставила туда свою ногу.

— Только на три, а не на «раз, два, три, и давай». А то по челюсти случайно получишь.

— Да знаю я, женщина, не учи. Ты отталкивайся сильнее. Готова?

— Да.

— И… раз, и… два, — не дожидаясь «три!», Сережа разомкнул руки, и вместо того, чтобы прыгнуть, Леночка потеряла опору и скользнула ему прямо в объятия. Он обхватил ее и поцеловал.

Он целовался раньше, в последние пару недель, долго и интенсивно тренировался на спелых помидорах, но пасленовые и пьяная Соня на вечеринке одноклассников не шли ни в какое сравнение с Леночкой. Сережа отпустил руки и ушел под воду. От волнения его легкие грозили схлопнуться, поэтому далеко уплыть не удалось. Он вынырнул в паре метров от погружения:

— Ты в курсе, что только что целовался со слизнем?!

— И ты не поверишь, мой склизкий друг, как я счастлив, и намерен это повторить.

— А ну иди, — Сережа направился в ее сторону.

Лена взвизгнула и поплыла прочь от своего преследователя.

Так начались их каникулы, беспечные и одурманивающие.

Валерон и охрана катали влюбленную парочку по всему побережью. Щедрый край гостеприимно открывал ребятам свои красоты, как заботливый хозяин принимал путников в своем доме. Перед ними раскрывались на ветру и сияли на солнце изумрудные глубины лесов, разливалась морская акварель чистейших оттенков и пленило в неге тепло ароматного воздуха.

Ранние завтраки в одном прибрежном городе, обеды — в другом, велосипедные прогулки по горным дорожкам и тропинкам и выходы в море на яхте вечерами. Несколько раз они сбегали из-под наблюдения, укрываясь в парках в тени вековых деревьев. Охрану было не провести — они ежесекундно следили по положению сигнала Сережиного медицинского браслета.

Сережа не рассказывал Васе о приезде Лены, словно если бы брату стало известно, все потеряло бы свою ценность. А у Василия было чуть больше недели перед началом учебного года, и он решил составить брату компанию, не известив о своем приезде Сережу, чтобы сделать сюрприз. И удивились все.

Охране запретили распространяться, чтобы о приезде не узнало местное население. Петюня тоже ехал с Васей в мини-отпуск, но по просьбе матери был определен в санаторий, чтобы на водах поправить здоровье, поэтому приятели попрощались еще в аэропорту, договорившись встретиться позже.

Василий застал парочку влюбленных на пляже. Разглядел их издалека. Его брат валялся поперек трех шезлонгов, положив голову Леночке на колени. Она сидела и читала, спрятавшись по плечи в тени раскрытого пляжного зонта. Волосы у Леночки уже выгорели и легким прозрачным пухом развивались вокруг головы.

Сережа ел виноград и через одну с закрытыми в истоме глазами протягивал ягоды Лене, периодически попадая не в рот, а в подбородок или глаз.

— Ты пойдешь купаться? — спросил он.

— Нет, иди без меня, я главу дочитаю.

Сережа встал на обжигающие камни, прикрыл от ослепляющей яркости дневного зноя один глаз и в прищуре зашатался в сторону воды.

Вася скинул шлепки и пошел по кромке морской в сторону Леночки. Она отложила книгу и перевернулась на живот, доверив спину солнцу. Сережа уплыл далеко за буи и распластался на спине.

Вася вплотную подошел к Леночке.

— Ты так скоро? Намажь мне спину.

Он по-свойски поднял тут же валявшийся тюбик, выдавил немного крема ей на спину и тщательно размазал. Осмотрел ее крепкие ноги и заметил на пятках уже подсохшие мозоли от бесконечных прогулок. Леночкина кожа блестела, окрашенная золотисто-кофейным загаром, поясницу покрывал белесый пух и уходил под плавки. Вася тщательно промял продольные позвоночнику мышцы от шеи к пояснице, следуя линии ее тела, его ладони скатились по бокам к животу, потом поднялись обратно на крестец, нарушив границы резинки трусов купальника.

— Прекрати, мы же договорились.

— Я забыл на мгновение, о чем… Такая жара, — промурлыкал Василий.

— Ну, значит, сходи еще раз искупайся и остынь.

— Так, значит, между вами еще ничего не было? — съехидничал Вася.

— А тебе все сразу интересно, кобель, — со стороны моря подошел Сережа, расплывшийся в улыбке, — ну-ка, освежись.