Читаем Птица-пересмешник полностью

– Сделай одолжение, – серьезным тоном сказал Ганнибал. – У меня работы выше головы. Поручаю тебе на завтра мистера Флокса… Покажи ему интересные места на острове… Новичку все будет любопытно… Ну, в общем, не мне тебе объяснять… К тому же юноше будет приятно, что ему уделяет внимание такая девушка.

– Но… – с сомнением начала она, – я не знаю, хочет ли этого Питер.

– Еще бы, еще бы! Спасибо! – выпалил Питер, пока кто-нибудь из двоих не передумал. – Я не смел и мечтать об этом! И обещаю не задавать слишком много дурацких вопросов!

– Могу я быть уверена, что вы не позволите себе лишнего? – спросила Одри.

– Конечно, не сомневайтесь! Я рад возможности побывать на экскурсии в новом для меня месте, – с улыбкой сказал Питер, – и уверен, что никто другой не покажет мне остров и не введет меня в курс дела лучше, чем вы.

– Не знаю, оправдаю ли я ваши надежды, – сказала Одри. – Итак, завтра в восемь утра, подойдет?

– Превосходно! – сказал Питер.

Сопровождаемый собачьей сворой, Ганнибал двинулся по залу и спустился по ступенькам, ведущим на веранду. Внизу уже ждали рикши – два мускулистых зенкалийца. –

– Едем в Королевский дворец, – распорядился Ганнибал и сел в одну из тележек. – Быстро-быстро, а то масса убьет вас.

– Поняли, поняли, – с улыбкой ответили юноши.

Питер тоже сел в тележку, и оба экипажа тронулись в путь. У колес, с пыхтеньем и тявканьем, бежали собаки, за исключением далматинского дога, который ехал вместе с Ганнибалом. Оба зенкалийца так сработались, что тележки плавно бежали корпус в корпус, словно были соединены вместе.

– А почему их называют «королевские кареты»? – спросил Питер.

– Видишь ли, это единственный вид транспорта, разрешенный в черте города, – объяснил Ганнибал. – Правда, неплохо? Обеспечивает занятость, дешев в эксплуатации, более или менее бесшумный и никаких тебе выхлопных газов.

– А что ж, прекрасная идея! – одобрил Питер. – Куда лучше, чем все эти пыхтелки-тарахтелки.

– Именно так, – сказал Ганнибал, – только тут вот еще какая штука: они все принадлежат королю. Он ввел здесь этот вид транспорта и обладает монополией на производство тележек, а его дядюшка управляет фабрикой, где их делают. Всем этим юношам приходится платить королю аренду – прости за такое выражение. Их называют королевскими перевозчиками, и это занятие, как и занятие грамотеев, считается почетным, поскольку ему покровительствует сам король. Этим молодым людям, прежде чем получить королевскую карету, нужно выдержать строжайший экзамен – за рекордное время отвезти под палящими лучами солнца на расстояние в три мили пятидесятикилограммовый мешок картошки или другого овоща, а после этого взять быка за рога и побороть. Право, по сравнению с этим экзамен на получение водительских прав в Англии кажется невинной шалостью.

Королевские перевозчики пустились во весь опор, и тележки, шурша колесами по красной дорожной пыли, легко бежали по окрестностям столицы. С левой стороны, сквозь рощицы «огненных» деревьев, корни которых утопали в алых лужицах из лепестков, Питеру открылись голубые недвижные воды лагуны, а вдали, словно развевающаяся на ветру гирлянда белых цветов, кипела морская пена, обозначая, где проходит риф. Справа тянулась цепь плавно переходивших один в другой холмов, усеянных, словно веснушками, пестрыми домишками; каждый домик был окружен садиком с аккуратной оградой из бамбука. В этих крохотных садиках росли кокосовые пальмы, сахарный тростник, распушившиеся, словно птичьи хвосты, кусты маниоки, огромные блестящие листья сладкого картофеля, и повсюду – огромные хлебные деревья, готовые щедро одарить путника своей тенью. Козы, привязанные к деревьям, недобро глядели на проезжавших и раздраженно блеяли, а целые орды цыплят, гусят и индюшат, прервав свое безмятежное купание в дорожной пыли, с писком вырывались из-под колес, хлопая крыльями, и скрывались под защитой кустов.

– А славная девушка эта Одри! – задумчиво сказал Ганнибал.

– Восхитительная! – поддержал Питер. – Удивляюсь, что она до сих пор не замужем.

– Чересчур много трезвого расчета и ирландского упрямства, – заметил Ганнибал. – И то сказать: здесь не найдется никого, достойного ее руки. Кроме меня, конечно, но она слишком благоразумна и меня избегает… – Тут Ганнибал захихикал.