Карлсон в этот момент отключился и не сумел ему помочь. Он очнулся от того, что на шею упала горячая слеза. Малыш заблудился и плакал ― и всё так же ровно гудел пропеллер над ними, но вокруг было равнодушное море. Карлсон быстро определился по солнцу, и вот они снова неслись над волнами.

На горизонте появились горы, они вырастали из пены прибоя, затем показался и город.

― Что, расклеился твой Карлсон? ― стал он говорить с мальчиком, чтобы не забыться снова. ― Это ничего. Видишь, как хорошо здесь ― крыши плоские, а вот я садился в Стокгольме на покатые. Это куда труднее.

Знаешь, Малыш, главное тут ― последний дециметр, только мы, пилоты, называем его не последним, а крайним. Это десять сантиметров до касания, когда нужно сбросить скорость и отдать помочи на себя, чтобы не скапотировать…

Они сели с третьего раза и покатились по крыше. Карлсон уже не чувствовал боли, а очнувшись, увидел перед глазами белый потолок и ползущую по нему бабочку.

Рядом сидел Писатель.

― Малыш? ― спросил Карлсон.

― Мальчик спит, ― ответил Писатель. ― Скоро придёт. Тебе уже сказали, что ты не будешь больше летать?

― Нет ещё. Но я догадываюсь.

― Зато у тебя есть сын. Хороший парень, и сильно вырос ― сантиметров на десять, а я и не заметил. Знаешь, я как-то в Париже ехал с одной женщиной в такси. Я любил её, она любила меня, но наша любовь была бесприютна, как кошка под дождём. И вот шофёр резко повернул, и нас прижало друг к другу. Тогда она произнесла: «Хоть этим можно утешаться, правда?» Правда?

― Правда, ― ответил Карлсон, хотя думал совсем о другом.

2022

Дон клоун

Малыша с детства считали чокнутым.

«Это, видимо, из-за книг», ― считал папа.

«Это, видимо, из-за книг», ― повторяла мама, но уже с куда большей скорбью.

Это всё из-за книг, ― Малыш тоже знал причину наверняка, потому что именно книги были его лучшими друзьями. Всем лучшим в себе он был обязан книгам. Утром он проваливался между страниц и вот уже босиком шёл по горной дороге, вот над ним склонялось лицо прекрасной принцессы. Он смотрел на её бездонные глаза и острые уши и понимал ― вот счастье.

Но его трясли за плечо, потому что надо было гулять с собакой.

Его тянули играть в футбол или строить башню из кубиков.

Но всё это было не то ― правда была там, где горели костры на башнях, где ворочался на вершине горы красный глаз и сверкали клинки древних битв.

В книгах было всё ― чудесный мир, в котором все хорошие люди вот-вот наконец объединятся и убьют всех плохих.

Однажды Малыш сделал себе шлем из кастрюли и меч из кухонного ножа. Он напал на злых демонов-вентиляторов, но его скрутили и отобрали амуницию.

Испуганный папа велел замуровать все книги в чулане ― и книги про прекрасную ушастую принцессу, и книги про одинокий глаз, и книги про то, как кто-то вышел из леса, и про то, как кто-то вошёл туда с дубинкой и мешком.

К Малышу приходил врач и спрашивал, испытывает ли он чувства к своей сестре, к брату и особенно к маме. Малыш отвечал, что испытывает, но не знает, какие.

Люди были ему неинтересны ― существа с острыми ушами были куда лучше. И мохнатые босоногие братья были понятнее. Даже существа, похожие на яйцо всмятку, с редкими кривыми зубами были родными.

Он знал из книг об этом всё, и однажды ему было видение.

На улице его остановил клоун в полосатых чулках. Клоун оглянулся и тихо, чтобы их не подслушали, велел мальчику ждать его в трактире быстрой еды, что стоял на границе города.

Мальчик отправился туда со своим приятелем Карлсоном, и обоих клоун (он признался, что на самом деле он ― мудрый волшебник) напоил крепким элем и уже собирался отвести в свой замок. Однако в самый интересный момент внутрь харчевни ввалились люди в чёрном и, заломив клоуну руки за спину, увезли его прочь.

Но теперь Малыш знал всё о своём предназначении ― волшебный эль соединился с пророчествами священных книг, и теперь мальчик видел, как на вершине огромной решётчатой башни ворочается круглый красный глаз, и понял, что он Избранный. Он должен отправиться в путь и победить глаз. Теперь Малыш чувствовал себя настоящим рыцарем, потому что его приятель Карлсон принёс ему настоящий японский меч, который его отец отнял у настоящего японского городового.

Малыш нарисовал башню, что являлась ему в видениях, и практичный Карлсон сказал, что видел такую же где-то на старых фотографиях.

Башня находилась далеко на континенте, и путь предстоял неблизкий.

Они вышли рано, до звезды, и двинулись в направлении Эрсундского моста.

Они пересекли пролив, шагая по проезжей части. Проезжающие мимо фуры сигналили, а легковые автомобили подмаргивали противотуманными фарами.

Мальчик старался шагать прямо, держа перед собой меч, Карлсон семенил сзади с банкой варенья в обнимку. Оружия ему ― оруженосцу ― не полагалось.

Достигнув Дании, мальчик освободил толпу бедняков с раскосыми глазами, которую вели куда-то полицейские. Карлсон был против того, чтобы вмешиваться, и успокоился только тогда, когда бедняки подарили им в награду двух пони.