Тогда Повелитель Нефритового Города открыл Малышу удивительную тайну. Есть такое волшебное средство, что вызывает любовь: приворотное зелье, что называется «Выпей меня». «Выпей меня» помогает пройти в любую дверь в заветный сад.

А потом Повелитель сам спросил юношу:

― А у тебя есть тайна? Такая, настоящая тайна, вроде волос на ладонях?

― Я вижу мёртвых людей.

― Счастливец. Я вижу живых. Но у меня есть впечатление, что ты хочешь что-то попросить. Все, кто приходят сюда по тропинке, вымощенной кирпичом, что-то просят.

― И ты исполняешь?

― Ты с ума сошёл. Я объясняю им, что Господь всех нас наказывает тем, что желания исполняются буквально.

― Ну, я думал, что не просто так… Я был готов что-то сделать… Пройти испытание… Ты мог попросить меня сложить слово счастье из четырех букв.

― Не будь пошляком, мальчик. Наша жизнь мирная, и залогом тому ― нефритовый стержень в моей руке. К тому же я уже открыл тебе главную нефритовую тайну.

Малыш улыбнулся и пошёл восвояси. Он вернулся обратно в лес, обнаружил вдруг реку, переплыл её и тут же на берегу увидал медведицу. Она спала. Малыш схватил её медвежат и побежал без оглядки на гору. И как только он добрался до вершины, навстречу ему вышел народ, подали карету, повезли в город и сделали царем.

Так он царствовал пять лет. А на шестой год пришел на него войной другой царь, и Малышу пришлось бежать, переодевшись сестрой милосердия. Наконец он вернулся на знакомую поляну. Там по-прежнему стояли лев и вол ― изрядно постаревшие. А жираф уже спрятался в мраморный грот. Не глядя на них, Малыш залез обратно в шкаф и ещё некоторое время путешествовал среди висящих пальто и шуб.

Вдруг он наткнулся на скелет, который пробыл тут довольно долго. Малыш присмотрелся, и увидел, что скелет обут в кроссовки старшего брата. Действительно, это был Боссе. Малыш вздохнул: «Хоть и придётся жениться на его вдове, зато мне есть что вспомнить, а тебе, костяной череп, и помянуть-то жизнь нечем».

2022

Исполнение желаний

Они отправились в путь на рассвете.

Первым шёл Малыш, за ним ― Карлсон, а замыкал шествие Боссе.

Карлсон бормотал что-то о том, что там, наверху, все их желания исполнятся.

Но до верха было идти и идти. Сначала они проползли мимо двух истлевших миротворцев в голубых касках. Миротворцы играли вечную партию в шахматы, успев сделать только первый ход пешкой.

― А я их помню, ― сказал Карлсон. ― Я был ещё мальчишкой, когда они грузились у нас во дворе. Весёлые такие, смеялись всё…

Они свернули с пустынной лестницы и пошли длинным коридором. Туда, сквозь выбитые окна, намело целые холмы песку.

Карлсон остановил их движением руки, а сам стал рыться в карманах. Наконец он вытащил оттуда какую-то неопрятную массу и велел всем катать из неё катышки.

― Что это? ― спросил Малыш.

― Это тефтели. Я же говорил: тут такие места… ну, сами понимаете ― Собачья Нямка. Сразу увидите, как она тефтелину цапнет. В прошлом году тут шёл Старый Юлиус, и Собачья Нямка сожрала его вместе с ботинками. Я видел спутниковый снимок ― там никаких ботинок уже не было.

Они начали швыряться тефтелями как заведённые.

Собачья Нямка, впрочем, из своих песчаных нор не показалась.

Спутники снова стали подниматься по лестнице, на которой не хватало нескольких пролётов, и пришлось лезть, держась за висящие в пустоте перила.

Когда они попали в новый коридор, то упали от усталости прямо в мягкую подушку слежавшейся пыли. Один Боссе пошёл по кругу, ощупывая стены. Вдруг что-то пискнуло ― видимо, Боссе нажал какую-то невидимую кнопку. Стена задрожала, лязгнула, и вдруг всё вокруг осветилось жёлтым от ламп и зеркал приехавшего лифта. Боссе обернулся.

― Нет-нет, ― крикнул Карлсон испуганно, ― в лифт нельзя-я-я!.. Нельзя в лифт! Знаете, сколько людей хотело добраться на крышу в лифте? И где они сейчас? Один так кричал, так кричал ― на крышу его вынесло, но он и сам был потом не рад… Тут ведь, в Доме, самый правильный путь ― кружной. В Доме всегда так ― чем дольше идёшь, тем скорее будешь.

Но Боссе не слушал его, а шагнул в яркий прямоугольник, и двери с лязгом сомкнулись за ним.

В коридоре снова стало темно.

― Он был обречён, что и говорить, обречён с самого начала, ― Голос Карлсона дрожал. ― А я тебе скажу так: ты, Малыш, мне с самого начала больше нравился. Не переживай, что мы так извазюкались, дело-то житейское. Житейское-то дело. Подумай, что нас ждёт на крыше, ― ведь там есть буквально всё. Всё и много. Для всех. Практически никто не уйдёт.

Потом Карлсон стал рассказывать про каких-то мокриц, ворующих детей, а потом про выродков ― гастарбайтеров из тех стран, и названия-то которых никто не помнит. Во время пуска Коллайдера бежать им было некуда, и они остались тут. Самое интересное, что все им приписывали какие-то удивительные качества, но никто самих выродков в глаза не видел:

― У нас тут был маньяк, совершенно безумный ― ходил на охоту со скальпелем. Одним движением разваливал человека надвое. Вот как!