Читаем ПСС том 3 полностью

значит, — аллах ведает. Если это означает пополнение и ремонт инвентаря и скота, то вот приведенные уже нами выше цифры: у безлошадного этот расход равен 8 (восьми) копейкамна 1 хозяйство, а у богача — 75 рублям.Не очевидно ли, что если мы будем складывать подобные «крестьянские хозяйства» и делить на число слагаемых, то у нас получится «закон средних потребностей», открытый г-ном Щербиной еще в сборнике по Острогожскому уезду (т. II, вып. II, 1887) и столь блистательно примененный впоследствии? А затем уже из такого «закона» нетрудно сделать вывод, что «крестьянин удовлетворяет не минимальные потребности, а средний уровень их» (с. 123 и мн. др.), что крестьянское хозяйство являет особый «тип развития» (с. 100) и т. п., и т. д. Подкреплением этого нехитрого приема «уравнивать» сельский пролетариат и крестьянскую буржуазию является знакомая уже нам группировка по наделу. Если бы мы применили ее, например, к бюджетным данным, то мы соединили бы в одну группу таких, например, крестьян (в категории многонадельных, с 15—25 дес. надела на семью): один сдает половину надела (в 23,5 дес), сеет 1,3 дес, живет главным образом «личными промыслами» (удивительно, как это хорошо звучит!), получает доходу 190 руб. на 10 душ об. пола (бюджет № 10 по Коротоякскому уезду). Другой приарендовывает 14,7 дес, сеет 23,7 дес, держит батраков, получает 1400 руб. доходу на 10 душ об. пола (бюджет № 2 по Задонскому уезду). Не ясно ли, что мы получим особый «тип развития», если будем складывать хозяйства батраков и поденщиков с хозяйствами крестьян, нанимающих рабочих, и делить сумму иа число слагаемых? Стоит только пользоваться всегда и исключительно «средними» данными о крестьянском хозяйстве, — и все «превратные идеи» о разложении крестьянства окажутся раз навсегда изгнанными. Именно так и поступает г. Щербина, применяя подобный прием en grand в своей статье в книге: «Влияние урожаев и т. д.». Здесь делается грандиозная попытка

- в крупных размерах. Ред.

164 В. И. ЛЕНИН

учесть бюджеты всего русского крестьянства — все посредством тех же самых, испытанных, «средних». Будущий историк русской экономической литературы с удивлением отметит тот факт, что предрассудки народничества привели к забвению самых элементарных требований экономической статистики, обязывающих строго разделять хозяев и наемных рабочих, какой бы формой землевладения они ни были объединены, как бы ни были многочисленны и разнообразны переходные типы между ними.

XIII. ВЫВОДЫ ИЗ II ГЛАВЫ

Резюмируем главнейшие положения, которые следуют из выше рассмотренных данных:

Общественно-экономическая обстановка, в которую поставлено современное рус

ское крестьянство, есть товарное хозяйство. Даже в центральной земледельческой по

лосе (которая наиболее отстала в этом отношении сравнительно с юго-восточными ок

раинами или с промышленными губерниями) крестьянин вполне подчинен рынку, от

которого он зависит и в личном потреблении и в своем хозяйстве, не говоря даже о по

датях.

Строй общественно-экономических отношений в крестьянстве (земледельческом

и общинном) показывает нам наличность всех тех противоречий, которые свой ственны

всякому товарному хозяйству и всякому капитализму: конкуренцию, борьбу за хозяй

ственную самостоятельность, перебивание земли (покупаемой и арендуемой), сосредо

точение производства в руках меньшинства, выталкивание большинства в ряды проле

тариата, эксплуатацию его со стороны меньшинства торговым капиталом и наймом

батраков. Нет ни одного экономического явления в крестьянстве, которое бы не имело

этой, специфически свойственной капиталистическому строю, противоречивой формы,

т. е. которое не выражало бы борьбы и розни интересов, не означало плюс для одних и

минус для других. Такова и аренда, и покупка земли, и «промыслы» в их диаметрально

РАЗВИТИЕ КАПИТАЛИЗМА В РОССИИ 165

противоположных типах; таков же и технический прогресс хозяйства.