Читаем ПСС том 22 полностью

зией, которую ее «измены и предательства» сделали «бессильной против дворянства».

Марксу же объективизм классовой борьбы позволил в сто раз глубже и точнее понять политическую действительность,отнюдь не оправдывая ее, а, напротив, указывая и выделяя в ней именно те классы, которые строили Германию демократическую, которые сумели стать оплотом демократизма и социализма даже при обороте событий, исключительно благоприятном Бисмарку.

Маркс понял политическую действительность так верно и так глубоко, что в 1848 году на полвека вперед оценил сутьбисмарковской Германии: это — Германия буржуазии «бессильной против дворянства». На выборах 1912 года, 64 года спустя после оценки Маркса, получилось полное подтверждение ее в поведении либералов.

Ведя беспощадную, неслыханно-резкую и возбуждавшую всеобщий вой либералов (извините за резкое выражение, любезный Николин!) борьбу с либералами с 1848 года, Маркс и марксисты вовсе не были людьми «химеры», когда отстаивали «план» велико-германского демократического государства.

Напротив, отстаивая этот «план», пропагандируя его неуклонно, бичуя изменявших ему либералов и демократов, Маркс и марксисты воспитывали именно тот класс, в котором лежат живыесилы «новой Германии» и который — благодаря последовательной и беззаветно-решительной проповеди Маркса — стоит теперь во всеоружии, подготовленный к своей исторической роли могильщика не только бисмарковской буржуазии, но всякой буржуазии вообще.

* * *

Пример из истории Германии показывает нам логику оппортунизмаво взглядах Николина, который именно потомусердито бранит нас за «сильное кадетоедство», что он не видиттого, как сам он катится к ликвидаторским идеям либеральной рабочей политики.

104 В. И. ЛЕНИН

Чем больше сердиться и отмахиваться будет Н. Николин (а он не один!), тем разъяс-нительнее и обстоятельнее будем мы, по должности публицистов, повторять ему, что наша борьба с кадетами и с ликвидаторами вытекает из соображений, глубоко продуманных и в течение более чем пяти (а по правде говоря, более чем десяти) лет много раз закреплявшихся в официальных решениях всех марксистов. Беда Н. Николина — как и защищаемых им ликвидаторов — состоит в том, что они не могут этим давним, многочисленным, точным, формальным тактическим решениям противопоставить ничегодаже приблизительно оформленного, определенного, ясного.

Что «рабочие должны строить новую Россию вопреки либералам», это вовсе не «гордая» фраза. Н. Николин прекрасно знает, что эта мысль высказана в ряде тактических решений, пользующихся признанием большинства марксистов. В сущности, это — простое суммированиеполитического опыта России за последнее хотя бы десятилетие. Это — самый бесспорный исторический факт, что за последние 10 лет рабочий класс России строилновую Россию «вопреки либералам». Работа такой «стройки» не пропадает бесследно никогда,каковы бы ни были временные «успехи» русских претендентов в Бисмарки.

Русский оппортунизм, расплывчатый, неотчетливый, подобный ужу, как и оппортунизм других стран, не в состоянии выразить определенно и ясно свои взгляды, сказать формально, что рабочий класс недолжен строить новой России вопреки либералам, а должен делать то-то и то-то. Оппортунизм не был бы оппортунизмом, если бы он способен был давать ясные и прямые ответы. Но свое недовольство политикой рабочих, свое тяготение к буржуазии оппортунизм выражает фразой: «новой России никто не строит, она строитсяв процессе борьбы интересов».

А из того, что строится,всего более видно, всего более бросается в глаза, всего больше пользуется успехом минуты и преклонением «толпы», это — «стройка» дворян и буржуазии, поправляемаялибералами. «Чего

О ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИНИИ 105

там еще разбирать, какие классы как именно строят, это химеры; надо брать то, что строится»,— вот действительное значение рассуждения Николина, вот настоящая «логика оппортунизма».

Это и есть забвение классовой борьбы. Это и есть принципиальная основа либеральной рабочей политики. Именно такой «логикой» рабочий класс и сводится от роли гегемона, т. е. руководителя истинной, последовательной, беззаветной демократии, к роли чернорабочего либералов.

Отсюда тот факт, хорошо знакомый нам, русским, что на словахоппортунисты признают «самостоятельную» линию и партию пролетариата, признает ее, разумеется, и Николин. На дележе он защищает линию именно не самостоятельную,а линию либеральной рабочей политики.

Николин поясняет, показывает нам, как мало значения имеет провозглашениесамостоятельности рабочего класса. Провозгласила ее и платформа ликвидаторов, сообщенная № 8 «Невского Голоса», провозгласил ее и сам Николин, но тут же, в то самое время, как он «самостоятельность» провозглашает,он проповедует политику несамостоятельную.