Читаем Психотерапия семьи полностью

В этот момент очень важно проявить уважение к поведению каждого участника семьи, ведь с помощью него они изо всех сил пытались справиться со своими проблемами. Заискивание, обвинения, попытки проявлять сверхрациональность или отстраненность сформировали систему отношений в семье, где никто не может принять личностные особенности близкого человека. Никто никого не слышит: все видят только роли, а живых людей не замечают. Поэтому я постараюсь помочь этим людям стать реальными и живыми друг для друга, обрести свою индивидуальность. Я смотрела на эту семью и чувствовала, как они реагируют на наше взаимодействие, на наш контакт. Кстати, полный контакт подразумевает под собой проявление заботы – заботы в глубоком, личном смысле, – и я считаю этот контакт важнейшей составляющей любых изменений. Сначала должно возникнуть глубокое доверие. Если люди в этой семье не сочтут меня достойной доверия, не думаю, что мы с ними сможем добиться каких-то изменений.

Помню, когда я вошла в свой кабинет, то увидела, как все члены этой семьи расположились на стульях словно мишени на стрельбище – ровно напротив моего стола. Увидев все это, я подумала, что в такой обстановке работать будет неудобно. Я глубоко убеждена, что расположение людей во время терапии играет очень важную роль. Мне необходимо создать комфортную обстановку для работы – чтобы видеть каждого человека, поэтому обычно я сажусь на расстоянии вытянутой руки от своих клиентов. Должно хватать места и для меня, и для других, чтобы все могли свободно двигаться. Это пространство необходимо: иногда люди из семьи будут работать в парах, или я буду объединять их группы для выполнения некоторых упражнений. Из-за стола или другого препятствия двигаться будет трудно. И вот в момент нашей первой встречи я передвинула стол, чтобы мне достаточно было просто немного шагнуть в сторону этих людей, чтобы вступить в контакт с ними.

Справа от меня сидела пятилетняя малышка. В какой-то момент я заметила, что она немного отодвинулась от меня. Тогда я уже знала, что в семье ее считали безобразницей, и она держалась немного в стороне от остальных. Я протянула руку, чтобы погладить ее по спине – у нее была такая милая кругленькая спинка, – и почувствовала, как мне приятно к ней прикасаться. Думаю, она восприняла это как сигнал к тому, чтобы присоединиться к нам. Во время приема было много подобных моментов.

Прикасаться можно по-разному. Когда я обучаю психотерапевтов, то рекомендую им развивать «зрение и слух» в пальцах. В семье люди постоянно прикасаются к своим родным – хлопают друг друга по плечу, толкают, дергают, держат за руку. Я уверена, все вы знаете, что прикосновения имеют разное значение. Поэтому дело не в том, как прикасаться, а в том, что именно вы хотите этим прикосновением сказать. Ранее я уже говорила о важности доверия. Это значит, что необходимо установить такую атмосферу, чтобы люди сами захотели рассказать о так называемых «негласных моментах» – о том, что очень важно для близких в этой семье – что их волнует, чего они боятся, на что надеются.

Не знаю, насколько это убедительно прозвучит, но для меня важен сам факт того, что люди в принципе говорят о том, о чем раньше рассказать было невозможно, а не что именно они мне рассказывают. Иногда должно пройти какое-то время, прежде чем человек почувствует, что все сказанное им будет услышано. И чтобы понять, что он говорит правду, вовсе не нужно анализировать его слова. Я не знаю, как помочь человеку разобраться в себе, если он не может озвучить то, что его гложет. Но, как многим из вас известно, в нашем обществе не принято говорить о личных проблемах. Поэтому чтобы создать благоприятные условия и рабочую обстановку для развития человека, мне кажется, нельзя никого наказывать за то, что он говорит – по крайней мере, я этого точно делать не собираюсь. Зато все, что я услышу от человека, поможет мне понять, что происходит с ним в данный момент. Кроме того, сказанное должно быть понятно как самому говорящему, так и всем остальным. Значит, чтобы все в семье смогли друг друга понять, без уточнений не обойтись.

Во время интервью я задала один и тот же вопрос каждому члену семьи: «Каких результатов вы надеетесь достичь по окончании терапии?» Предполагаю, что обычно психотерапевты спрашивают: «В чем ваша проблема?» Но мне интересно, в каком тупике оказались эти люди, а еще я уверена: сами эти вопросы уже помогают собеседнику сконцентрироваться на самом себе и снизить «градус напряжения», который в той или иной степени обязательно будет присутствовать. Обычно люди заявляют что-то вроде: «Вот если бы он или она были лучше, то и проблем бы не возникало» и т. п.