Читаем Психокинетики полностью

Музыка в рабочем зале стихла, а вот голоса работяг жужжали все отчетливее. Судя по тембру голосов, парни прекрасно слышали выстрелы и собирались разобраться, что произошло в кабинете шефа. Донесся топот ног по ступеням лестницы на второй этаж. Шухер.

Артем быстро скрутил глушитель, сунул его в карман куртки, а пистолет засунул сзади за ремень. Он не собирался прорываться с боем. Лапшину вообще не хотелось причинять вред посторонним людям. Получается, отход тем же путем, каким он пришел сюда, категорически отменялся.

Одно окно в кабинете вело во внутренний двор. Лапшин быстро окинул его взглядом. Малая площадь, с трех сторон дворик ограничен зданиями, с четвертой – высоким забором. Не подходит.

Второе – в переулок между автосервисом и серым неприметным зданием. По этому переулку можно было уйти на соседнюю улицу и уже там затеряться в толпе. Второй этаж – спрыгнуть можно без проблем.

– Макс, что там у тебя?! – донесся грубый бас из-за простреленной двери.

Возможно, кто-то из парней отважится заглянуть в кабинет через пулевое отверстие. Артема это уже не волновало. Он распахнул окно и, перемахнув через подоконник, выпрыгнул в переулок.

Убийца ушел через окно.

Сознание вернулось вспышкой, в один миг. Долгое время царила темная пустота, а затем свет заполнил все вокруг.

Артем открыл глаза. Расфокусированный взгляд ловил расплывчатые образы и смутные очертания. Постепенно силуэты обретали форму.

Артем пришел в себя на больничной койке. Он находился в одиночной палате с окном, сквозь которое проникали теплые весенние лучи. Повертев головой, парень осмотрелся.

Обычная палата с прикроватной тумбой и табуретом у входной двери. Никаких медицинских приборов, кривыми проводами тянущихся к телу. Никакой капельницы у изголовья. Он спокойно лежал поверх тонкого армейского одеяла, одетый в больничную пижаму.

Лапшин попробовал шевелить руками и ногами, что удалось без проблем. Он сел, свесив ноги с кровати, прислушался к внутренним ощущениям. Ни боли, ни тошноты или головокружения.

Нельзя сказать, что молодой человек был полон сил и энергии, но и неприятных ощущений в теле вкупе с недомоганием он не испытывал. Все обстояло нормально, хотя кое-какие моменты вылетели из головы. Например, опер не помнил событий, произошедших после того, как он подошел к Щербинку, что-то обнаружившему на кухне Джамала.

Дверь в палату была приоткрыта. Из коридора доносились женские голоса.

– Медсестра! – позвал Артем.

Голоса в коридоре чуть поутихли. Лапшин посмотрел под ноги и, не найдя тапочек, босиком ступил на холодный пол. Он пошире открыл дверь и уже собирался покинуть палату, но на пути встала невысокая стройная медсестра.

– Куда вы собрались?

Она задала вопрос с легкой полуулыбкой на круглом лице, при этом аккуратно подталкивая Артема обратно к койке.

– Я хотел…

– Как вы себя чувствуете?

– Нормально. Я в порядке. Где я?

– Вам пока не рекомендовано вставать, так что, пожалуйста, вернитесь в кровать.

– А что случилось-то?

Артем податливо пятился до тех пор, пока не уперся в койку. Он вновь опустился на шерстяное армейское одеяло.