Читаем Психикон полностью

– Не стреляйте, – сказал он невнятным, как у закомплексованного подростка голосом, однако выглядел он лет на пятьдесят. – Только не стреляйте. Я сдаюсь.

– Не шевелись! – сказал Каролос, направляя на Морриса оба револьвера и делая в его сторону осторожные шаги. – Ты обвиняешься в практике темных искусств и пойдешь с нами.

Алхимик пятился к центру зала.

– Стоять! – крикнул Каролос.

Моррис развернулся и побежал к пульсирующей сфере. В его руке блеснул скальпель. Мы открыли стрельбу, но слишком поздно. Пригибаясь и петляя, алхимик добежал до кокона и полоснул по нему скальпелем. Натянутая кожа лопнула, обнажая содержимое. Мокрая туша, покрытая бурой шерстью, поднялась на четырех толстых ногах и отряхнулась, разбрасывая ошметки дурно пахнущей слизи. Взметнулся хобот с пастью на конце, затем еще один… и еще два. Трофф! Я слышал об этой твари, и рассказы были зловещие. Вот только обычно у этого чудовища был один хобот.

– Рассредоточиться! – заорал Каролос, и в его голосе я уловил то, чего никогда за маршалом не замечал: страх.

Зашипел огнемет Ульриха. Пламя растеклось по спине чудовища, зашкворчала слизь, запахло паленой шерстью. Один из хоботов изогнулся и исторг струю зеленой слизи прямо в дуло огнемета. Оружие захлебнулось, пламя потухло. Ульрих тщетно жал на спусковой крючок, но огнемет лишь сопел, выпуская топливо. Чудовище ударило в пол передними ногами, и маршал свалился с ног.

На грустном лице Морриса промелькнула бледная улыбка. Он с гордостью и даже некой любовью глянул на свое детище и засеменил подальше от схватки. Я прицелился в морду чудовища, надеясь, что узкие красные глазки наиболее уязвимы. Прогрохотал выстрел, эхо заметалось под сводами зала, мощная отдача боднула меня в кирасу, однако трофф даже не вздрогнул. Как и от залпа Каролоса и Розет, прогрохотавшего, словно канонада.

Я отошел за стеллаж, кое-как перезаряжая пистолет одной рукой. Да уж, сейчас не помешал бы рапинай. Интересно, как отреагировал бы этот мамонт-мутант, если бы в него вгрызлась демоническая голова? А как удивился бы алхимик, встретив коллегу-чернокнижника! Но вызови я сейчас хищного духа, как меня тут же пристрелят маршалы. К сожалению, у меня были основания предполагать, что к ним присоединится и прекрасная Розет.

Закончив перезарядку, я выглянул из укрытия. Каролос буквально плясал перед троффом, уклоняясь от зубастых хоботов и прикрывая Ульриха, очищающего огнемет. Сабля старшего маршала мельтешила, оставляя на хоботах порезы, но вот он пропустил удар и кубарем покатился по полу, сбивая кресла и столы.

Розет, закусив губу, стреляла сквозь полки стеллажа, заставленного ретортами и бутыльками с разноцветным содержимым. Трофф развернулся к ней и внезапно взял разбег, пол затрясся под его ногами. Розет завизжала и бросилась в сторону. Чудовище протаранило несколько стеллажей подряд, и они рухнули с треском и оглушительным звоном. Взметнулись едкие алхимические пары – желтые, красные, сизые.

Едва я успел выстрелить, как Трофф взметнул хобот вверх и протрубил. Я как будто получил по оплеухе в каждое ухо одновременно, из ушей потекла кровь. Взор затуманился, голова закружилась. Меня понесло в сторону. Чтобы устоять на ногах, я вслепую хватался за все вокруг, переворачивал этажерки и торшеры.

Проморгавшись я увидел перед мохнатую стену. Треугольные зубы на конце хобота клацнули прямо перед носом – я еле успел отпрянуть. Черной тенью мелькнул Каролос, сабля ударила по хоботу, описав широкий круг. Конечность надломилась, обнажая сокращающиеся мышцы. На фоне дикого рева чудовища я едва различил крик Каролоса:

– Карахан! Не дай уйти алхимику! Мы займемся троффом!

Я отыскал взглядом Морриса. Тот как раз приподнял гобелен у дальней стены и суетливо отпирал потайную дверь. Я побежал было за ним, но остановился в нерешительности, глянул на шкаф с книгами.

– Быстрей! – рявкнул Каролос.

Стало светло от новой вспышки огнемета. Ульрих стоял, сжав зубы, весь забрызганный слизью, которая пузырилась на его лице, оставляя язвы. Струя пламени прицельно била по хоботам, не позволяя чудовищу атаковать. Где-то на периферии ритмично громыхал револьвер Розет. Бросив последний взгляд на библиотеку чернокнижника, я выругался так, что это могло бы стать ультимативным заклинанием, уничтожающим всех и вся, и побежал за Моррисом.

Отбросив с дороги гобелен, изображающий картины из жизни проклятого народа Кха, я увидел дверь и со всей силы пнул ее. За дверью раздался испуганный возглас – алхимик как раз пытался запереть ее с той стороны, но от удара покатился с лестницы, уходящей куда-то вниз. Мне в спину ударила звуковая волна очередного трубного гласа, и я полетел следом. Ударился головой о низкий свод, поскользнулся на лестнице, кираса проскрежетала по стене, но я успел зацепиться рукой за крепление для факела. Внизу слышались удаляющиеся шаги.

– Стой, сволочь! – зачем-то закричал я и побежал, перепрыгивая ступеньки. Каждый прыжок отдавался в колени и заставлял вздрагивать все тело.