Читаем Провидец Энгельгардт полностью

«Те частные причины, которые обычно называют (слишком высокие темпы коллективизации, низкая квалификация проводивших её работников, разгоревшиеся на селе страсти и конфликты, злодейский умысел Сталина) недостаточны, чтобы объяснить катастрофу такого масштаба.

Между тем причина провала была фундаментальной: несоответствие социально-инженерного проекта социально-культурным характеристикам человека. Тот тип колхоза, в который пытались втиснуть крестьян, был несовместим с его представлениями о хорошей и даже приемлемой жизни. Не имея возможности и желания сопротивляться активно, основная масса крестьян ответила пассивным сопротивлением: уходом из села, сокращением пахоты, убоем скота. В ряде мест были и вооруженные восстания (с января до середины марта 1930 г. на территории СССР без Украины было зарегистрировано 1678 восстаний), росло число убийств в конфликтах между сторонниками и противниками колхозов».

Так откуда и как в Комиссии Политбюро по вопросам коллективизации, а потом в Наркомземе СССР появилась модель колхоза, положенная в основу государственной политики, не отвечавшая чаяниям крестьян?

«Опыт разных типов сельскохозяйственных кооперативов, которые возникали во многих странах начиная с конца XIX века, в 20-е годы был обобщен в нескольких крупных трудах… Самым удачным проектом (некоторые авторы называют его «гениальным») оказался киббуц – модель кооператива, разработанная в начале века во Всемирной сионистской организации…

Проект был разработан для колонистов-горожан и вполне соответствовал их культурным стереотипам. Они и не собирались ни создавать крестьянское подворье, ни заводить скота. Обобществление в кибуцах было доведено до высшей степени, никакой собственности не допускалось, обедать дома членам кооператива было запрещено, а только в общественной столовой. Дома можно было позавтракать, попить чаю и пр. Равнение на такой образ жизни требовало и у нас обобществления всего, вплоть до последней курицы. Исправление этих ошибок потребовало огромных усилий».

И насколько, думается, легче было бы нам решить эту историческую задачу, если бы на вооружении ученых, практиков и политиков, руководителей страны оказались тогда идеи и хозяйственный опыт Александра Николаевича Энгельгардта.