Читаем Провидец Энгельгардт полностью

Один из самых распространенных мифов наших дней заключается в том, будто сельское хозяйство пореформенной России переживало необыкновенный расцвет, и это позволило нашей стране резко увеличить экспорт зерна, она стала главной кормилицей Европы. При этом молчаливо предполагается, что уж сами-то русские люди, тем более крестьяне, были сыты, одеты и обуты как нельзя лучше. Немало появилось и публикаций о «России, которую мы потеряли» и в которой омары и жирные остендские устрицы в ресторанах стоили так дёшево. Письма А.Н. Энгельгардта опровергают и эту радужную картину.

Да, Россия экспортировала много зерна, но было ли это свидетельством избытка сельскохозяйственной продукции, или же и тогда уже проводилась политика «недоедим – а вывезем!»? (Этой звонкой фразой прославился министр финансов России И.А. Вышнеградский.) Судите сами:

«С весны прошлого года газеты оповестили, что за границей не надеются на хороший урожай, что немцу много нужно прикупить хлеба, что требование на хлеб будет большое. Все радовались, что у немца неурожай… Да и как не радоваться, вывоз увеличится, денег к нам прибудет пропасть, кредитный рубль подымется в цене.

Действительно, хлеб стал дорожать, вывоз увеличился, прошлую осень цены на хлеб поднялись выше весенних, хлеб пошёл за границу шибко, всё везут да везут, едва успевают намолачивать. К зиме рожь поднялась у нас с 6 рублей на 9. Но так как урожай третьего года был очень хороший, прошлого года изрядный, картофель, яровое и травы уродились хорошо, зимние заработки были порядочные, то и нынешней весной, несмотря на высокую цену хлеба – хотя это были только цветочки! – скот всё еще не падал в цене, мужик был дорог и на лето не закабалялся. А хлеб всё везут да везут и всё мимо, к немцу. Но вот стали доходить слухи, что там-то хлеб плох, там-то жук поел, там саранча, там муха, там выгорело, там отмокло – неурожай, голод! И у нас тоже ржи оказался недород, яровое плохо, травы из рук вон, сена назапасили мало, уборка хлеба плохая. А старого хлеба нет – к немцу ушёл.

Начали молотить, отсеялись. «Новь» – самое дешёвое время для хлеба, а хлеб не то чтобы дешеветь, всё дорожает, быстро поднялся до неслыханной цены – 12 рублей за четверть ржи в «новь». Ржаная мука поднялась до 1 рубля 60 копеек за пуд. А тут ещё корму умаление – скот стал дешеветь, говядина 1 рубль 50 копеек за пуд, дешевле ржаной муки. Нет хлеба – ешь говядину.

Вот вам и неурожай у немца! Вот и требование сильное! Вот и цены большие! Вот и много денег от немца забрали! Радуйтесь!»

Энгельгардт хорошо понимал, кто именно вывозил хлеб за границу: