Читаем Провидение полностью

Окончив институт, я с судьбой определился:Стал аспирантом и сразу женился.Но жилье нам с женой «не светило»,И от этого было уныло, постыло.Проблему надо было как-то решать.Был выход один – комнатушку снимать.Жене моей знакомая сказала:«Сдается комната у Курского вокзала».Стояли в комнате: стол, два стула, кровать —Новую жизнь мы могли начинать.Купили только холодильник неновый.Вдруг стук в дверь – за ней стоял участковый.«Предъявите, граждане, свои документы».Увидел книги: «Вы, наверное, студенты?»«Мы молодожены, нам негде жить.Мы не в состоянии квартиру купить».«Соседи пишут на вас, сообщают резонно,Что вы проживаете здесь незаконно».Я показал паспорта, аспирантский билет.«Живите спокойно», – услышал ответ.Другая комната – хозяин еврей,Стоила дорого – полсотни рублей.Хозяйка однажды скандал закатила,Не понятно за что, нас грязью облила.«Ви же мне испортил сковородку,Благодарите свою жену-уродку».«В чем же наша вина?Сковородка, Сара Абрамовна, из чугуна.Еще сто лет прослужит она».«О, майн Гот! Какой же ви идиет!Я увидала ужасную картину:На моей сковородке жарилась свинина.Теперь ей место в помойном ведре.Если хотите – возьмите себе».Многие годы снимал я жилье,Определяло оно мое бытие.Положить надо этому когда-то конец,На арендные деньги я б мог построить дворец.Я тогда был доцентом, кандидатом наук,Скучать на диване мне был недосуг.Под лежачий камень вода не течет,Так и жизнь в чужих стенах пройдет.Дело надо брать в свои руки,Позабыть навсегда арендные муки.Я обдумал проблему, нашел креатив.Есть выход один – кооператив.Я создал его сам при Моссовете,Он должен быть лучшим на свете.Я продолжал быть преподавателемИ одновременно стал его председателем.Нельзя описать объем всей работы.Она результат неустанной заботы.Я имел право подписи, бюджет и печать,И строительство зданий я мог начинать.Я уничтожил всех препятствий барьер,До седьмого пота работал, как менеджер.К удивлению сильному честного народа,Я построил три дома всего за полгода.И не в новом районе, где нет ничего,А в старом квартале, рядом с метро.После отделки – стройка готовая.В каждой квартире – кухня-столовая.В большой кухне – хозяйки мечта —Со встроенным грилем электроплита.В подъездах два лифта: малый, большой,Пассажирский и для тяжелых вещей – грузовой.Почти двести квартир – теперь выбрать изволь.Я ходил по домам, как хозяин, как король.Я был председатель, я был не как все.Мой выбор был скромен: всего комнаты две.Проблему жилья я решил кардинально,С огромным трудом, но нетривиально.Я был активен и бодр. Мне была лень незнакома.Ради отдельной квартиры я построил три дома.Я был председателем пять долгих лет,И это оставило в душе моей след.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы