Немцы напуганы серией нападений в своем тылу и с подозрением будут смотреть на любого незнакомца или чужака без документов. Нет, сейчас лучше выбрать более сложный маршрут, постараться пробраться низиной к более безлюдным местам. Пускай этот путь более длительный, но зато более надежный. Противник встревожен, испуган, ищет источник опасности. Тем лучше! Зато сил и личного состава для рысканья по лесу у гитлеровцев не остается. Никто не пойдет в чащу выискивать пропавшего ефрейтора или искать советских диверсантов, врагам бы сейчас свои позиции защитить и предупредить неведомую опасность.

Поэтому капитан Шубин соскользнул вниз по склону оврага и зашел по колено в чавкающую вязкую массу. Если бы не длинный сук в руках, он не смог бы пройти и пары метров. Упираясь концом большой палки в твердую почву, разведчик помогал себе продвигаться шаг за шагом в намеченном направлении. Хотя идти было тяжко: ледяная вода заливалась в сапоги сверху, и ему приходилось чуть ли не каждые десять шагов разуваться и, стоя, будто цапля, на одной ноге, выливать грязную льдистую жижу. От холода офицера начало трясти крупной дрожью, измученное напряжением тело отказывалось подчиняться. Хоть бы немного отдыха, чтобы согреться. Ему было так тяжело, что приходилось вслух понукать себя, заставлять делать еще шаг, еще одно движение.

Но все же изнеможение было таким сильным, что разведчик решил отдохнуть. Тем более местность стала идти вверх, из талой водянистой жижи торчали бугорки, которые уже через несколько метров переходили в островки из сухой травы, тоненьких деревьев и валежника. Затопленная низина заканчивалась, и можно было перевести дух на пятачке.

На трясущихся ногах разведчик выбрался на сушу, стянул сапоги, вылил из них воду, но не стал их снова надевать. Он принялся растирать онемевшие от холода ноги, пытаясь хоть чуть-чуть вернуть им чувствительность. Он мял, сжимал и тер ноги, пока не согрел их. Потом с трудом натянул невыносимо холодные и сырые сапоги, поднялся и двинулся в путь. Через несколько шагов Глебу немного полегчало. А вскоре он ощутил жар, мир вокруг разведчика стал стремительно меркнуть. Деревья растеряли свои очертания, слились в какую-то мутную вереницу.

Глеб понял, что теряет сознание от сильного переохлаждения и усталости. Он успел нырнуть в кусты и сгруппироваться, пытаясь найти хоть какое-то укрытие. Ветки упруго хлестнули разведчика по щеке, и эта небольшая боль была последним, что он успел ощутить. А потом все исчезло в одно мгновение, будто разведчик нырнул в какую-то бездонную яму.

<p>Глава 12</p>

Очнулся капитан Шубин от тяжелой, тупой боли в ногах. Они отекли после долгого перехода через ледяную, затопленную паводком и растаявшим снегом низинку и теперь нестерпимо полыхали огнем, пульсируя болью от кончиков пальцев до коленей.

Но было еще что-то более опасное, незнакомое, от чего разведчик, не открывая даже глаз и не выдавая себя ни единым движением, подобрался, напряг все мускулы, чтобы броситься на невидимого противника. Тот был совсем рядом, огромный, судя по тяжелому дыханию. Шевелился без всякой осторожности и шумно выдувал воздух.

Глеб напряг слух, чтобы понять, кто издает эти звуки. Человек? Непохоже… Зверь? Но лесное животное не бывает таким мирным, оно бы уже почуяло человека и поступило бы соответствующе — убежало или напало, в зависимости от величины и уверенности в своих силах. А это существо мирно стояло рядом, иногда шевелилось и тяжело вздыхало.

Через пару минут Глеб медленно повернул голову в сторону и вгляделся в черную тень рядом, но месяц и звезды спрятались за облаками, и были видны лишь неясные силуэты.

Разведчик осторожно перевалился на бок и протянул руку, пытаясь на ощупь понять, кто притаился рядом. Его ладонь скользнула по морде, влажным ноздрям, существо откликнулось на касание печальным мычанием, и Глеб радостно рассмеялся — корова!

Он поднялся и снова ощупал животное. Оказалось, что бедная буренка зацепилась рогами за упругие ветки куста, поэтому не могла двинуться с места и лишь тяжело вздыхала.

Шубин осторожно вытянул длинные ветки, сплетенные вокруг головы животного, и освободил корову. А та в благодарность потянулась к человеку, обнюхала и лизнула горячим языком прямо в лицо. Капитан положил руку на ее тугой бок и подтолкнул. Ориентироваться в темноте без звезд было почти невозможно, и он решил довериться животному. Пускай выведет его к жилищу, к людям, а там он уже найдет дорогу дальше. Нельзя терять время и ждать солнца или когда покажутся на небе звезды, ему надо двигаться в ту сторону, где остался отряд Шураха, чтобы присоединиться к наступающим советским войскам. По его расчетам, сообщение о диверсии уже было отправлено шифровкой, а значит, до наступления Красной армии осталось не больше суток.

И снова в его сердце отдалась боль при мысли об Ольге Белецкой, совсем чуть-чуть не дожила отважная девушка до долгожданной победы, для которой столько всего сделала.