Читаем Проценты кровью полностью

Неожиданно бомж зашевелился, сказал сам себе что-то невнятное и надолго закашлялся. Кашель пробудил бомжа окончательно. Виткин, кряхтя, поднялся, беззлобно выругался и покинул матрас. Нетвердо ступая по неровному полу чердака, он проследовал мимо Михеева и исчез на лестнице. Куда собрался алкоголик в такое время, Михеев представить себе не мог. Но долго размышлять на эту тему Глеб не стал, а занял освободившееся место и моментально уснул. Разбудил его шелест шин – рядом остановилась машина. Михеев взглянул на часы. Циферблат на его моряцких «котлах» светился, и Глеб понял, что время без десяти три. Сонный сыщик вскочил с матраса и прильнул к окну. Недалеко от Зойкиной подворотни притормозила белая иномарка. Из нее вышел высокий мужчина в долгополом черном пальто и, подозрительно оглядевшись по сторонам, направился к двери буфетчицы. Сон Михеева как рукой сняло. Молодой человек проследил, как ночной гость осторожно постучал в окно Куропаткиной. Через минуту хозяйка дверь открыла. Мужчина в черном пальто вошел в квартиру, но света в Зойкиных окнах не зажглось. Глеб быстро спустился со своего чердака и, стараясь оставаться в тени, подошел к машине. Белая иномарка оказалась «Мерседесом». Михеев обошел автомобиль со всех сторон, запомнил номер и, спрятавшись за забор, стал ждать хозяина. Молодой сыщик не получил инструкций на тот случай, если столкнется со «зверем», ради которого Ерожин его и задействовал. Михеев не сомневался, что в гостях у буфетчицы Кадков, но не знал, что предпринять. Он не боялся Кадкова и мог сейчас вполне его захватить. Тот даже не успел бы пикнуть, не только достать оружие. Преступника Глеб не боялся, он боялся сделать глупость и испортить Петру Григорьевичу «охоту».

Пока Михеев раздумывал, подозрительный субъект в долгополом пальто с большим свертком в руках вышел из подворотни, открыл багажник, положил в него сверток, сел в машину и медленно покатил по улице в сторону моста Александра Невского. Михеев, было, подумал, что ночной гость «замочил» буфетчицу и запихнул в багажник ее труп. Но с такой легкостью даже сам Глеб одной рукой не смог бы поднять здоровенную бабу. Когда красные огоньки габаритов скрылись из вида, Глеб побежал. На пустынных улицах ночного города тускло горели фонари. Лужи на асфальте подмерзли и хрустели под ногами. Глеб искал телефон. Он испробовал уже два автомата, но оба не работали. Тогда молодой человек спустился вниз к реке и, перебежав пешеходный мост, очутился в центре. Автомат возле «Интуриста» оказался исправным. Михеев набрал номер мобильного телефона Петра Григорьевича. Ерожин долго не отвечал. Наконец связь включилась.

– Петр Григорьевич, он в городе! – крикнул Михеев и в ответ услышал незнакомый голос с легким южным акцентом:

– Кто в городе? Что ты людям спать не даешь?

– Кадков в городе, – крикнул по инерции Глеб и, опомнившись, спросил: – С кем я говорю? Где Петр Григорьевич?

– Опять этот Кадков. Спит твой Петр Григорьевич, – ответили в трубке. Михеев попробовал набрать номер повторно, но голос телефонистки сообщил, что телефон или отключен, или абонент находится в недоступной для связи зоне. Тогда Глеб, несмотря на ночное время, решился позвонить другу Петра Григорьевича, Суворову.

К телефону подошли довольно быстро.

– Я слушаю, – ответил бодрый женский голос.

– Извините за поздний звонок, но мне срочно надо поговорить с Виктором Иннокентьевичем, – сказал Глеб. Он еще не отдышался после бегов и говорил отрывисто.

– Звонок ваш не поздний, а скорее ранний. Но вы меня не разбудили. Виктор Иннокентьевич пока на работе. А вы собственно кто? – спросила женщина.

– Я помощник Петра Григорьевича Ерожина, – представился Глеб.

– Попробуйте позвонить мужу на работу. Хотя сомневаюсь, что он на месте, – ответили в трубке. Глеб еще раз извинился и набрал служебный номер Виктора Иннокентьевича. Суворов не отвечал.

Угловое здание областного Управления внутренних дел находилось в трех шагах от «Интуриста». Но Глеб не был уверен, что надо туда идти. Он помнил просьбу Ерожина, до времени себя не расшифровывать. Пока он размышлял, как поступить, возле автомата возникла дежурная машина с российским гербом, и у Глеба потребовали документы.

Михеев протянул свой паспорт. Милиционер, в погонах старшего лейтенанта, внимательно изучил многочисленные штампы прописок подозрительного бугая, оглядел его мятую куртку со следами чердачной лежки и предложил следовать за ним в машину. Не меньше часа Глеба катали по улицам. Наряд не закончил своего дежурства, и милиционеры медленно разъезжали по городу, заглядывая во все злачные закоулки. Проехали они и возле дома Зойки. На Большой Московской машина остановилась. Через минуту в заднем отсеке, отделенном от блюстителей порядка железной сеткой, появился второй пассажир. Михеев оглядел своего невольного попутчика и узнал в нем бомжа Виткина.

«Господи, избавишь ли ты меня когда-нибудь от этого чучела», – подумал он и услышал хриплый голос бомжа:

– Сынок, закурить не будет?

Глеб полез в карман и извлек пачку «Беломора».