Кроме этого, в стране всегда будут крупные технические, экономические, экологические проблемы, которые невозможно будет разрешить силами отдельных регионов. Силы и средства для их решения должна сосредоточить центральная власть. В плане защиты интеллектуального потенциала страны центральная власть должна развивать науку, в том числе и в тех областях, где скорого эффекта может и не ожидаться.

Кроме этого, центру нужно заняться государственными органами формирования общественного мнения, развитием национальных культур, стихийными бедствиями национального масштаба, помощью другим странам.

Мы будем отвечать за все в стране, и поэтому будем реагировать на любые просьбы о помощи, но в наших же интересах источник законов, по которым люди живут, вывести из Москвы и максимально приблизить к самим людям.

Далее. Законодатель руководит коллегиально, следовательно, каждый депутат обязан быть универсальным специалистом, то есть разбираться в любом вопросе, за который он проголосует. (Если народ законодателя осудит, то что – «на зоне» будешь оправдываться, что ты дурак, посему не знал за что голосуешь?).

Однако законодателю разумно создать внутри себя комиссии по отдельным направлениям государственной жизни, чтобы среди депутатов были особо знающие специалисты, способные доложить любой вопрос или проект закона во всех его деталях. Таких комиссий с запасом будет менее 20, если в каждой комиссии считать по 5 депутатов (больше иметь бессмысленно), то состав Госдумы надо определить в 100 человек. Депутаты выше этого числа заведомо ненужный для управления балласт, мешающий работать.

Все подобные изменения можно произвести, не меняя Конституцию, причем я дал не все изменения, а только принципиальные, посему этот список изменений будет, разумеется, пополнен, когда мы во власти осмотримся.

Свобода слова

Отказаться от свободы слова невозможно.

Во-первых, во-вторых и в-третьих, это будет бесчестно – раз уж мы взялись отвечать перед народом, то обязаны предоставить народу возможность перед вынесением вердикта выслушать и наших обвинителей. Затем, без свободной критики мы рискуем опуститься и превратиться в КПСС и Правительство СССР накануне их позорного ухода на свалку истории – мы сами себе обрежем информацию во всей ее полноте. Но, в отличие от сегодняшних правительств, оставив оружие в руках врагов, мы будем драться. Главная борьба, которую мы в своих СМИ будем вести бескомпромиссно, – это борьба за умы людей. Но не за оболванивание их, а за то, чтобы они стали умнее.

Мы не закроем ни одну газету и ни одну телепрограмму. Но мы примем закон, по которому наше государство будет иметь возможность использовать в любой момент часть газетной площади любой газеты и эфирного времени любой передачи для своей – государственной, гуманистической – пропаганды. В этих выступлениях наше государство смешает с грязью тех ублюдков, кто лжет людям, кто проповедует идеал человека как «двадцать метров кишок с примесью секса», мы алчность, подлость, трусость, эгоизм сведем до положения, при котором само упоминание об этих качествах будет вызывать у людей рвоту.

Мы вернем государству несколько телеканалов и СМИ, посредством которых будем общаться с народом. Много СМИ нам не требуется, в данном случае лучше меньше, да лучше.

Остальные СМИ останутся такими же, как есть. Тут дело не только в нежелании революции в этой области, но и в том, что вначале нас будут понимать не очень много народа, остальные будут хотеть привычных новостей и развлечений – пусть жуют пустые сплетни и развлекаются. Нужных журналистов для своих телеканалов и СМИ мы найдем, тем не менее, судить народ будет нас, а не журналистов, поэтому дело пропаганды нельзя выпускать из своих рук и вести ее – общаться через СМИ с народом – придется лично. То есть объяснять народу суть происходящего придется и лично депутатам и президенту.

Самым простым будет, пожалуй, разоблачение глупости и лживости желтой и западной пропаганды, ее скотства и низменности. Для этого и сегодня имеется достаточно журналистов, публицистов и писателей.

Гораздо сложнее будет убеждать людей быть людьми – убеждать их в том, что человек рождается для творческого труда, что в творческих результатах содержится то счастье, которое невозможно получить ни в каких других сферах жизни. Что служба обществу, каким бы общество в настоящее время и ни было, и достойнее, и интереснее, чем тупо набивать свои карманы деньгами. Что животная алчность недостойна человека и удовлетворение ее ничего человеку не дает, что обладание вещами сверх разумной необходимости и только для того, чтобы похвастаться перед другими животными, является глупостью и не приносит счастья. Тут журналистских кадров очень мало.