Читаем Протяни мне руку (СИ) полностью

От смущения Женя не могла поднять глаза на Диму:

— Нет, это не благодарность… То есть я тебе, конечно, благодарна, — начала она сбивчиво, испугавшись того, как прозвучала её первая фраза. — Просто ты как-то сам сказал, что если я захочу большего… то..

— Женя, а ты поняла, что я тогда имел в виду? Я не сопливый подросток… Когда рядом со мной любимая женщина, я не могу только держаться за руки и украдкой срывать с её губ невинные поцелуи.

«Любимая женщина?» — тут же мысленно одернул себя Бес, стоило только ляпнуть, не подумав, то, что было на языке. — «Нет, всё правильно. Любимая…». Казалось, это открытие перевернуло весь внутренний мир мужчины.

«Любимая?» — удивилась Женя. — «Наверное, это что-то вроде ласкового обращения… милая, дорогая… любимая. Она не должна фантазировать себе что-то, чтобы потом не разочаровываться».

— Поняла… — тихо выдохнула она, залившись краской смущения. Что за допрос он устроил?

— Ты хорошо подумала? — ещё раз уточнил он.

— Черт, Бессонов, — разозлилась Женя. — Сколько ты ещё будешь меня пытать? Хочешь, чтобы я тут сквозь землю от стыда провалилась?

Дима рассмеялся и, осторожно, чтобы не задеть её руку, подхватив девушку, стал подниматься по лестнице, направляясь прямиком в свою холостяцкую берлогу.

Усадив притихшую, растерявшую весь свой боевой настрой Женю на кровать, Бессонов включил ночник, задернул шторы и повернулся к девушке:

— Как же долго я мечтал об этом… — его голос стал хрипловатым, глаза потемнели. Подцепив за спиной футболку-поло, от чего мышцы на его руках вздулись буграми, Бес одним движением стянул её через голову и, не глядя, бросил в сторону. Затем дернул вниз молнию джинсов, из-за которых показалась резинка боксеров и дорожка коротких черных волос, и присел на корточки возле кровати:

— Давай, я помогу тебе… — он медленно расстегнул пуговицы на плотном трикотажном топе Жени и аккуратно стянул его с узких плеч. Его пылающий взгляд проследовал от влажных губ девушки, которые она в предвкушении облизывала, к её роскошной, ничем не прикрытой груди.

«Господи, наверное, так выглядели сирены, которые своим видом и нежным голосом заманивали опьяненных моряков на скалы, на верную погибель», — подумал Бес с каким-то благоговением и смирением перед судьбой. Он понял, что тоже погиб. Но эта мысль не вызывала страха или сопротивления, скорее облегчение от того, что можно оставить внутреннюю борьбу и сомнения и просто любить эту удивительную девушку.

Дима легонько опустил Женю на кровать, от чего её волосы водопадом рассыпались по серым простыням, в полумраке сливаясь с ними в одно бесконечное чувственное море, в которое так хотелось окунуться с головой. Сколько нежности и трепета он испытывал сейчас к Жене! Бес и не думал, что его черствое, израненное сердце может вместить столько!

Опираясь на вытянутые руки, Дима склонился над девушкой и стал покрывать поцелуями её лицо и тело, это была настоящая дорожка обольщения: уголок губ… шея… впадинка между ключицами… ложбинка груди… соски… упругий живот.

Женя дрожала, что-то внутри вибрировало и просилось наружу, внизу, между сведенных бедер, зародилось приятное тянущее чувство, её белье промокло. О стеснении и неловкости было забыто. Она безумно хотела этого мужчину! Кто бы мог подумать, что он может быть таким ласковым, смотреть на неё, как на недосягаемое божество и так прикасаться к ней своими крупными, чуть мозолистыми ладонями!

Девушка не заметила, как Дима ловко избавил её от джинсовых шорт, а затем от хлопковых трусиков, как сам избавился от остатков одежды. Вот он прилег рядом, и она ощутила жар и твердость мужского тела. Шелковистые волосы на его груди слегка покалывали её напряженные соски. Бес опустил свою руку вниз и стал ласкать девушку, убеждаясь в её готовности принять его и распаляя её желание ещё больше. Сам же он уже едва сдерживался. Женя стонала и подавалась навстречу его умелым пальцам, поэтому через пару мгновений Дима решил больше не медлить.

Устроившись между ее белоснежных бедер и глядя на изнывающую девушку горящим взглядом, мужчина сделал несильный первый толчок и едва не взорвался, погрузившись в упругую глубину, слишком тесную … слишком тесную для…

— Что это? — сквозь зубы выдохнул он.

— Только не говори, что тебе сейчас нужны уроки анатомии… — прерывающимся шепотом пыталась пошутить Женя, испытывая легкий дискомфорт внизу.

— Нет, но ты… девственница… — Дима навис над разомлевшей девушкой.

— Это проблема? Так реши её, — она дерзко положила свою ладошку на его ягодицу и притянула ближе к себе. — А не то ты по-настоящему узнаешь, что такое сгорающая от страсти самка богомола!

Дима, едва сдерживающий себя, не стерпел такой провокации и обрушился на Женю со всей силой своего желания, что бурлило в нём, заглушив поцелуем вырвавшийся у неё стон мимолетной боли.