Читаем Простые вещи полностью

– Отец – писатель, мать – главный бухгалтер. На самом деле, тот факт, что я сейчас нахожусь в этом городе, является также результатом родительского обмана.

– Ну, у нас здесь хорошо. К тому же, ты встретила Эрика…

– Хах, ты сейчас вздумал мне рассказывать плюсы от моего пребывания здесь? Я и сама ведь прекрасно всё понимаю, Артур.

– Да, наверняка, – согласился я. – А можно личный вопрос?

– Ну… Давай.

– За что ты полюбила Бютнера? – смело спросил я.

– Хм, за что я смогла полюбить Эрика? Наверное, он стал первым человеком, который осмелился говорить мне только правду, какой бы горькой она не была. Он был честен со мной абсолютно во всём. Из честности следует доверие, а на его основе уже и строятся счастливые отношения.

– Наверное. У меня никогда не было отношений. Трудно рассуждать, но твои слова кажутся вполне логичными.

– Всему своё время, ты понимаешь, да?

– Именно.

– Может быть, хочешь послушать сказки про долгую и счастливую жизнь?

– Про долгую не хочу, а про счастливую послушал бы.

Черышева принялась мне рассказывать различные истории из своей жизни, которые приходились мне по душе и даже на время заставляли забывать о ноющей боли.

– Кушать хочешь? – поинтересовалась моя рассказчица.

– Не отказался бы…

Она пошла на кухню и через несколько минут вернулась со стаканом горячего молока в руках.

– Я не пью молоко… – возмутился я.

– А мне какая разница? Я себе налила. А через пять минут будет готов твой омлет. – О, это уже лучше.

Я с большим удовольствием перекусил и поблагодарил Алису.

– Надеюсь, ты скоро снова заснёшь, – отшутилась она.

В продолжение нашего диалога я рассказал ей о том, что случилось со мной за последние полгода, давая понять, что когда-то я был абсолютно нормальным. Этой шуткой мне даже удалось развеселить Черышеву, от чего мне самому стало невыносимо приятно.

Время, проведённое наедине с Алисой, было наполнено лёгкостью и беззаботностью. Мне безумно хотелось, чтобы Эрик не приезжал, как можно дольше, но…

Ближе к девяти часам вечера по моей комнате снова раздался звук дверного звонка. Чёрт.

Эрик Бютнер, не раздевшись, ворвался в мою комнату, и я сразу понял, что вести будут не из приятных. Он слегка отдышался и вытер пот со лба.

– Может быть, хотя бы ботинки снимешь? – намекнула ему Алиса.

– Да-да, извини. Я сейчас.

– Что-то не так, – чуть ли не про себя проговорила Черышева.

– Проклятый Владелец… Чтобы он сгорел… Вместе со своим Картоном…

– В чём дело, Эрик? Что говорит?

– Слушай, Серб… Ты же в курсе про Навина?

– Да. Ты уже спрашивал.

– То есть ты знаешь, в чём состоит его сфера деятельности?

– Предсказывает даты смерти.

– А чем занимается Андрей?

– Картон…

– А помимо?

– Без понятия.

– Вот как, то есть он тебя ещё не вводил в курс дела. Последние несколько лет Резнёв занимался ликвидацией тёмных, чтобы они больше не смели появляться и пугать жителей нашего города…

– Ликвидацией… Кого? – перебил его я.

– Тёмных. Так называют людей, которые последовали за Бертрашем. Не знаю точно, почему именно "тёмные", но светлого в этих ребятах, однозначно, мало…

– Понял.

– Стоит признать, что эта задача у Владельца и его команды была выполнена успешно. А теперь… Кульминация! Резнёв всё это делал для того, чтобы остаться единственным связующим между Навином и людьми, которые желают заполучить заветные документы с датами смерти. Теперь всё стало намного проще: хочешь заветный документ? Обратись к Андрею Резнёву – договорись с ним и… После получения желанного документа – останься целым и невредимым.

– Ого…

– Вот тебе и "ого"… Никаких обязанностей перед Навином Бертрашем! Скажу тебе ещё больше, он и Андрей – бывшие друзья и одногруппники, поэтому Андрей прекрасно знает, что и где находится в институте. В последнее время заказов скопилось неприлично много, но… Не осталось исполнителей.

– Погоди, то есть…

– Да-да, не перебивай меня. Вся команда, которая занималась добычей документов… Её больше нет. По разным причинам. Не спрашивай, думаю, и так всё понимаешь.

– Понимаю, – я отвёл глаза в сторону.

– Основной проблемой первых исполнителей стала элементарная недооценка тёмных. Теперь Резнёв хочет, чтобы мы с тобой отправились в лечебницу и привезли все скопившиеся заказы.

– И сколько это?

– Двенадцать документов. Ладно, а теперь к делу: как твоя рука?

– Плохо, – ответила за меня Алиса.

– Нормально, – соврал я.

– Дорогая, прости, но сейчас я больше склонен верить этому парню. Нам необходимо действовать очень быстро. Бертраш давно уже не ждёт гостей, потому что знает плачевную ситуацию с исполнителями Андрея. Выезжаем завтра утром.

– Во сколько?

– В шесть утра.

– Эм…

– Я понимаю, что тебе нужно пару минут, чтобы всё хорошенько обдумать и решить, но… Надеюсь, ты понимаешь, что у нас с тобой нет другого выхода?

###