Читаем Простые правила полностью

Такого рода решения — остаться или уйти — особенно значимы для инвесторов[138]. Правила отмены действий приходят им на помощь и подсказывают, когда имеет смысл продавать свои активы. Так, накануне Великой депрессии наступило время, наиболее подходящее для продажи акций. Состояние рынка тогда порождало отчаяние в рядах спекулянтов и финансистов, как, впрочем, и среди всего населения США, хотя легенды об отчаявшихся биржевых дельцах, которые пачками выбрасывались из окон на Уолл-стрит, не имеют под собой оснований[139]. Однако история рассказывает об одном банкире — Джеральде Лоэбе, сыне французского виноторговца, который не только восстал из руин экономики 1929 года, но и вышел из них более могущественным. Он почуял биржевую катастрофу, когда тучи еще только сгущались на горизонте, и помог своим клиентам избежать тяжелых финансовых потерь. Лоэба провозгласили великим мудрецом Уолл-стрит, и трепетная братия инвесторов в последующем следовала его советам. Первое издание книги Лоэба The Battle for Investment Survival («Битва за выживание инвестиций») вышло в свет в 1935 году; тираж его превысил двести пятьдесят тысяч экземпляров, а Forbes назвал Лоэба «самым цитируемым человеком с Уолл-стрит»[140].

Роль секретного оружия в инвестиционной стратегии Лоэба выполняло простое, но могущественное правило отмены действий: «Если инвестиция теряет 10 % своей первоначальной стоимости, продай ее». Такой подход не позволяет инвестору долгое время цепляться за провальную инвестицию. Возможно, порой имеет смысл подождать, пока акции-фавориты не вернут себе свою стоимость, однако десятипроцентное правило Лоэба подтверждает: обычно лучший выход — купировать свои убытки, пока они не разрослись, и перебросить деньги на что-нибудь другое. «Большая ошибка думать, что нечто подешевевшее непременно вернет себе прежнюю стоимость, — писал Лоэб. — Единственный и самый важный из моих выводов выглядит так: первый залог успеха — быстро мириться с потерями»[141].

Лоэб вовсе не предполагал, что его правило станут применять бездумно. «Если я что и ненавижу всей душой, — отмечал он, — так это механистический подход к чему-либо». Он рассчитывал, что другие будут составлять собственные суждения, используя его правило как ориентир для продуманных действий. Тем не менее Лоэб свято верил в это конкретное правило и пытался возвести его в ранг незыблемого принципа. «Если вы инвестировали в актив десять тысяч долларов, а его рыночная цена просела до девяти тысяч, — писал бизнесмен, — я склонен настоятельно рекомендовать: продавайте этот актив и попытайте счастья снова»[142].

Правила отмены действий уберегают людей от бездумного поведения. Возьмем, например, переедание. Многие годы ученые ломали головы над так называемым французским парадоксом: считается, что французы мало подвержены сердечно-сосудистым заболеваниям и ожирению, и это не может не удивлять, поскольку французская кухня далека от диетической. Французы любят эклеры, блинчики и густо политый майонезом картофель фри и едва ли могут похвастаться кулинарным пуританством. По мнению диетологов, французская кухня — чуть ли не самая нездоровая в мире. В 1909 году городские власти Чикаго, разрабатывая план перспективного развития своего города, дали ему название «Париж в лугах»[143]. Правда, горожане, прогуливающиеся сейчас по улицам этой столицы Среднего Запада, отличаются от тех, кого мы можем встретить на левом берегу Сены. Сразу видно, что американцы вдвое чаще подвержены ожирению, чем жители Франции[144].

В одном исследовании было высказано предположение, что для желающих сбросить вес критически важно соблюдать правило, подсказывающее, когда следует завершить трапезу, а вовсе не правила, на основании которых человек составляет себе меню[145]. В ходе эксперимента группа ученых сравнила 145 чикагцев и парижан с примерно одинаковыми демографическими характеристиками. И те, и другие, как выяснилось, решали, когда им заканчивать прием пищи, на основании правил отмены действий. Однако сами правила существенно различались. Парижане пользовались правилом вроде «Перестану есть, когда начну ощущать сытость», увязывая свое решение с сигналами организма. Чикагцы же предпочитали правила, привязанные к внешним факторам, например «Перестану есть, когда допью напиток» или «Перестану есть, когда закончится это телевизионное шоу». Правила отмены действий, которые опираются на внутренние подсказки — скажем, перестает радовать вкус еды или наступает сытость, — снижают вероятность того, что человек переест.