Бастиан метался по кухне. Альберто сидел в своем любимом кухонном кресле и терпеливо наблюдал за тем, как кипятится его сын.

– Мне не верится, что ты просто ее отпустил! – бушевал Бастиан. – Насколько я понял, она собиралась поговорить о проживании на вилле после моего возвращения из поездки. Кроме того, она говорила, что работа под потолочным окном ее вдохновляет. А вдруг ей стало тяжелее работать в новом доме?

Младший Каррера внезапно остановился, положил руки на обтянутые джинсами бедра и уставился на отца.

– Почему тебя вдруг так обеспокоили источники ее вдохновения? Раньше тебе было на это наплевать. Мы оба знаем, что виллу надо снести и на ее месте высадить рощи. Ты же говорил, что я был слишком мягок с ней. Я думал, ты хочешь, чтобы она уехала как можно скорее.

– Я хотел… Я хочу.

Чувствуя себя неловко, Бастиан нетерпеливо отвел со лба прядь волос. Каким образом Лили удалось довести его до такого состояния? Он снова подумал, что она, вероятно, околдовала его.

– Забудь о том, что я сказал. Если она довольна, то это устраивает всех нас, не так ли? Я заеду к ней позже, чтобы узнать, как она устроилась. И поблагодарю ее за сотрудничество!

Выдохнув, он сжал рукой плечо Альберто и вгляделся в его лицо.

– Ты хорошо себя чувствуешь? Долорес говорит, что она следит за твоим питанием и сном. У тебя есть боли в груди?

Альберто нахмурился.

– Из-за вас я чувствую себя больным ребенком, который нуждается в круглосуточном уходе! Перестань суетиться из-за меня. Лучше сядь и расскажи о своей поездке в Бразилию. Она удалась?

Бастиан улыбнулся:

– Ты еще спрашиваешь! Тебе следует знать, что я никогда не отправляюсь в поездку, если она обречена на провал.

Глава 3

Бастиан уже давно не осматривал дома в этом районе, хотя знал, что их смотритель, Марио, позаботился о том, чтобы все было в идеальном состоянии. Бастиан с интересом рассматривал уютный особняк, в котором поселилась Лили.

Он был построен в стиле традиционного итальянского деревенского дома: внутри были восстановлены старомодные кирпичные потолки и прибавлены изысканные современные акценты. Кухня, спальни и ванные комнаты были особенно просторными, а вид на море – впечатляющим.

Земля перед домом, между бетонными плитами, была недавно вскопана под посадку растений. В отдельных местах уже взошли луковичные цветы розового, синего и желтого оттенков. Вероятно, цветы высадила Лили. Бастиан знал, что Марио никогда бы на это не решился.

Потирая рукой подбородок, Бастиан размышлял над изменениями во дворе дома и с удивлением обнаружил, что входная дверь открыта. Быстро постучав по деревянной панели проема, он открыл дверь.

– Есть кто-нибудь дома?! – крикнул он сначала по-итальянски, а затем по-английски.

– Это вы, Альберто? Я сейчас подойду.

При звуке голоса Лили он понял, как соскучился по ней. Его симпатичная арендаторша сидела спиной к нему за старинным столом из каштана и быстро рисовала на большом листе бумаги, прикрепленном к мольберту. Ее золотистые волосы были зачесаны ото лба и повязаны изумрудно-зеленым шарфом.

Бастиан обратил внимание на ее длинную, изящную шею. Он остановился, желая коснуться губами ее безупречной нежной кожи. К счастью, он вовремя сдержался, потому что Лили внезапно обернулась и взглянула на него.

И покраснела.

– Синьор Каррера… Я не знала, что вы вернулись из поездки. Когда вы приехали?

Положив карандаш, она поднялась на ноги и неосознанно пригладила рукой волосы. Сегодня на ней был белый топ без рукавов, открывающий взору ее тонкие загорелые руки, и широкие шелковые брюки абрикосового оттенка, которые слегка развевались, когда она двигалась.

Бастиан едва сдерживал желание.

– Вчера рано утром.

– Значит, ты еще не успел отдохнуть?

– Мысль о возвращении домой всегда меня ободряет, – ответил он.

– Ну… – Она указала на кухню. – Выпьешь чего-нибудь?

– Нет. Сейчас я ничего не хочу.

«Кроме тебя».

– Как тебе новое жилье? – спросил он.

– Оно мне нравится. Не знаю, почему я так переживала из-за переезда.

– Я рад. Вижу, ты работаешь. Не возражаешь, если я посмотрю?

– Пожалуйста. Это иллюстрация для новой книги.

Лили шагнула в сторону, и Бастиан вдохнул опьяняющий аромат ее тела. И вспомнил о том, что между ними было.

Он взглянул на захватывающий эскиз кота с огромными зелеными глазами.

– Это для чужой книги или для твоей собственной? – спросил Бастиан.

– Это имеет значение?

– По-моему, имеет. Рисунок очень хороший, и я бы предпочел видеть его в твоей книге.

– Почему?

Он сложил руки на груди и внимательно посмотрел на нее, обращая внимание на ее красоту и грацию и переполняясь удовольствием и удовлетворением.

– Две причины. Во-первых, я считаю, что твои рассказы наверняка так же талантливы, как твои рисунки. А во-вторых, рисунок слишком хорош, чтобы отдавать его кому-то еще.

Она кивнула.

– Ну, ты обо всем догадался. Я воспользовалась твоим советом, поэтому эта иллюстрация к одному из моих собственных рассказов.

– Значит, ты решила всерьез заняться писательством?

– Скажем так: я пытаюсь.

– А почему у кошки такое решительное выражение лица? – Он слегка улыбнулся.