Прихватив с собой Мабель, едва-едва пришедшую в себя от охвативших ее эмоций, кюре отвел труппу к оврагу, служившему жителям деревни убежищем. Снег растаял, однако убежище по-прежнему было замаскировано: трава и мох, уложенные на переплетенные ветви деревьев, скрывали его не хуже снега.

Когда комедианты спустились в убежище, старика вновь охватили воспоминания.

— И здесь ничего не изменилось… нет, не изменилось, — сказал он. — Мы готовились как раз здесь…

— Здесь? — спросил Энно Ги. — А кто был с вами? Военные? Солдаты?

— Нет, — ответил комедиант. — Монахи. Много монахов… А еще собаки… да… я помню собак…

Но больше кюре ничего не удалось вытянуть из старика. Он сильно ослабел и уже не мог говорить. Члены труппы поблагодарили Энно Ги и принялись располагаться в убежище, распихивая по углам свои вещи и сооружая посередине большой костер. Кюре настоятельно попросил их никуда не выходить из убежища.

Затем он вернулся в Эртелу вместе с Мабель. Бедной женщине открылась ужасная тайна, рассказывать о которой пока не следовало никому.

По дороге в деревню Энно Ги напряженно размышлял о тех таинственных событиях, истинное значение которых впервые начало немного проясняться. Он вспомнил о странных чертежах, обнаруженных в полусгнившем сундуке, об имевшемся у Тоби оружии, о подземных ходах, устроенных, несомненно, для спасения от нового Апокалипсиса, о пресловутом Великом пожаре, о культе болот, об идее нового мира и о горстке спасенных людей. В результате этих событий селение Эртелу столько лет находилось в полной изоляции от мира. Это была драма людей, никто из которых не присутствовал на недавнем конце света… инсценировке Апокалипсиса!..

Многое теперь становилось понятным, но от этого Энно Ги не чувствовал облегчения. Римские кардиналы имели непосредственное отношение к трагедии этой маленькой деревушки, всеми забытой на многие годы. По всей видимости, забвение было организовано искусственно. Исходя из прояснившейся ситуации, что теперь можно было сказать о кончине епископа Акена? Его убийство свидетельствовало о его причастности к этому делу, возможно, оно послужило способом похоронить старую жуткую тайну, которую епископ мог вот-вот раскрыть? И если обнаружение этой деревни стоило жизни епископу Драгуана, то это значит, что абсолютно над всеми находящимися здесь людьми нависла смертельная угроза?

16

Возвращаясь из Дженнанно, Эймар дю Гран-Селье, Жильбер де Лорри и Мерси-Дьё так и не успели доехать до Рима. По дороге их перехватил посыльный из канцелярии дворца Латран. Он передал им новые инструкции, которые надлежало безоговорочно выполнить. Все трое покинули Драго де Чанада и юную комедиантку Мо и во весь опор поскакали на север.

Возле маленького альпийского городка Порчия, находившегося на границе Французского королевства и земель Авиньона, их ждал отряд из двухсот солдат: сюда прибыл весь гарнизон Фальвеллы вместе с оружием и лошадьми. Солдаты ускоренными темпами возвели деревянную крепость подальше от посторонних глаз. Жильбер был рад встретить своих товарищей по службе. Сразу по приезде всем вновь прибывшим выдали боевое снаряжение. Эймар надел доспехи прямо поверх своей белой сутаны. Рукава и складки сутаны проглядывали в щелях между частями доспехов. Эймар наотрез отказался надевать на голову боевой шлем: он не хотел ничем покрывать свою тонзуру.

Командир отряда объяснил им, что они должны выдвинуться к одному маленькому французскому приходу, где группа еретиков стала выступать против Рима, а потому с ними нужно было покончить как можно быстрее, пока эти еретики не взбаламутили всю округу. Для пущей убедительности командир попытался представить эту операцию как своего рода небольшой крестовый поход.

Из собранных в лагере двух сотен солдат гарнизона Фальвеллы для проведения завершающей стадии операции были отобраны тридцать три человека.

Через три дня после прибытия Эймара и его спутников в Порчию отобранные воины, выстроившись в колонну по три человека, ранним утром незаконно пересекли французскую границу и направились маршем к епархии Драгуан.

Маршрут, по которому продвигалась эта маленькая группа, пролегал отнюдь не по проторенным путям. Все до одного участники операции понимали, что их экспедиция имеет секретный характер.

Командир прибывшего из Фальвеллы отряда поставил во главе этой экспедиции Эймара дю Гран-Селье.

17

На следующий день после своего разговора с Лючией де Малапарт викарий Шюке покинул Рим и направился в город Ости, находившийся у моря.