Читаем Проснувшийся полностью

«Семидесятки» же, мелкие и незаметные, вполне способны увернуться от удара. Их даже успели разрекламировать, как «убийц станций». Именно из-за кинетических орудий, чьи полутонные снаряды призваны были сокрушать неуязвимую даже для линкоров защиту тех самых станций. Да, скорость полёта снаряда, по сравнению со скоростью нанесения удара гравиорудием, просто смехотворна. Ну что такое одна сотая световой против девяносто девяти сотых? Но станция это даже не неповоротливый линкор, говорить о её манёвренности не приходится вовсе, так что, при должной сноровке экипажа и чёткой работе вычислителей снаряд кинетического орудия, выпущенный с мелкого корабля, свою цель настигнет. А с его попаданием энергетическим щитам станции не справиться, да и грависистема не поможет. Нет, притормозить снаряд они смогут, но не более. В конце концов, для отсека, в который впилится такой снаряд, нет никакой разницы, влетит в него болванка весом в полтонны на скорости в одну сотую световой или двести кило осколков на скорости в одну тысячную световой. В любом случае от отсека ничего не останется… да и пяти-шести соседних, пожалуй, тоже. В общем, в теории получился не корабль, а конфетка. Мечта военных экономистов. Выстрел на кред, результат на миллион.

Одно «но»… в погоне за дешевизной или просто по недосмотру прочный корпус корабля, призванный гасить те остатки инерции после выстрела, что не смогли поглотить гравигенераторы, оказался лишён пассивных систем СПИБ. А генераторы, выходившие в момент выстрела на пиковую мощность, давали такую засветку во всех возможных режимах, что не обратить внимания на не в меру яркую «блоху» было просто невозможно, и, значит, сделать второй выстрел ей было уже не суждено. Тем более, что перезарядка орудия занимала просто прорву времени, точнее, около двух минут. Ну, а постоянная запись данных мониторинга поля боя позволяла вычислить и ещё не засвеченных «убийц станций», тем более, что те и в обычном режиме фонили весьма характерно.

Вот и стали гореть эти самые «семидесятки» в боях, как спички. А потом и на кинетические орудия управа нашлась в виде выставляемых под очень малым углом энергетических щитов, благо, ничтожная по пустотным меркам скорость полёта снарядов давала возможность их не только засечь, но и провести необходимые расчёты для увода «дурной железяки» с опасной траектории. Так что и установка кинетичек на корабли других типов не помогла. Потому сражения со станциями до сих пор и сводятся к блокадам, стычкам малых кораблей, бамок и банальному абордажу. А «семидесятки»? Проект, не оправдавший ожиданий, был закрыт, а имеющиеся у Флота корабли этой серии списаны и отправлены во внешние сектора. Там всегда рады «большим пушкам».

 Собственно, именно по этой причине Архангельские верфи, находящиеся в русском секторе, до сих пор производят комплектующие для этих канлодок. Покупатели на них имеются в достатке, хотя, судя по положению дел на торгах, большая их часть старается избавиться от своего приобретения… рано или поздно поняв, что «большие пушки» это ещё не всё. Но «избавиться» в понимании внешников означает продажу, а подобное действо на количестве покупателей запчастей и комплектующих никак не сказывается.

В отличие от Флота, нашу компанию характерная картинка излучений канлодки совершенно не волнует. Воевать со станциями мы не собираемся, а пираты? Ну, думаю, они очень удивятся, обнаружив на канлодке гравиорудия вместо ожидаемых древних кинетичек. Если успеют, конечно.

Кстати, надо бы побеспокоиться насчёт достойного оператора боевых систем нашего будущего корабля… и не только о нём. Если капитан и операторы СПИБ у нас есть, то остальных специалистов нужно искать. Да, канлодка не крейсер и не требует большого экипажа, но у нас нет даже минимально допустимого экипажа. Мы с Филом можем закрыть секцию СПИБ и тех. секцию, Алекс свободно закроет капитанскую и может быть пилотскую вакансии, хотя подобное совмещение было бы не очень удачным решением, но даже в этом случае у нас нет щитовика, оператора гравиорудий, оператора бамок… Надо искать. Тем более, что Морина после недолгих раздумий всё же согласился с доводами, и покупка канлодки была одобрена всем нашим триумвиратом… как и назначение Алекса нашим капитаном. Почему именно его? Потому что Фил взял самоотвод, а я… слишком молодо выгляжу. Да и хорош был бы капитан, лично отправляющийся в разведку системы финиша сопровождаемого конвоя вместо того, чтобы стоять на мостике своего корабля, как ему и положено.

Кроме того, у Алекса, действительно, несравнимо много больше опыта, как боевого, так и руководящего, что немаловажно. В общем, изначально было понятно, кто именно займёт капитанскую должность, и никаких возражений по этому поводу ни у меня, ни у Фила не возникло. Тем более, что решения, касающиеся общего управления, мы обязались решать сообща. То есть без согласия нашей компании капитан Роун не сможет ни заказ взять, ни распоряжаться полученными в результате его исполнения средствами. Ну и вопросы подбора членов экипажа мы тоже будем решать вместе.