Читаем Прошлые обиды полностью

- Ты становишься на его сторону? Ты разве не понимаешь, что он снова тебя использует? Уверяет, что тебя любит. Чушь собачья! Он, наверное, и той, другой, говорил то же самое. А потом не сумел сохранить и второй брак! Он такой, мам. Он тебя не стоит, а ты дура, что позволяешь ему сюда приходить.

Бесс ударила сына по лицу.

Он изумленно на нее уставился. В глазах его появились слезы.

- Извини, что мне пришлось сделать это. Ты ведь знаешь, что я никогда так не поступала. Но я не могу тебе позволить оскорблять твоего отца и меня. Каждый из нас виноват, но обо всем этом можно говорить нормально, Рэнди. Она старалась быть спокойной. - Ты должен извиниться перед нами обоими.

Рэнди посмотрел на нее. На Майкла. Снова на нее. Плюнул и, ни слова не говоря, пошел к себе.

Бесс приложила руки к щекам, они горели. Она повернулась к Майклу, который рассматривал носы своих ботинок. Она обняла его и прошептала дрожащим голосом:

- Майкл, мне очень жаль.

- Все к этому давно шло.

Она прижалась к нему. И хотя его руки обвились вокруг нее, в объятии не было чувства.

Наконец он отстранился и сказал глухим голосом:

- Я лучше пойду.

- Я поговорю с ним, когда он успокоится.

Майкл кивнул.

- Я...

Он не знал, что ему вообще делать. Закончить еще одни кулинарные курсы? Купить еще один участок и построить на нем что-то? Выбрать скульптуру для галереи? Бессмысленные занятия человека, который пытается заполнить свою жизнь. Ведь заполняют люди, а не вещи.

- Увидимся, Бесс. - Он вышел, осторожно закрыв за собой дверь.

***

Рэнди сидел на краю кровати, согнувшись пополам, спрятав лицо в ладони.

Плакал.

Он хотел, чтобы у него был отец, хотел, чтобы была мама, хотел любви, как все дети. Но почему это отзывалось такой болью? Их развод принес ему столько страданий. Почему ему нельзя было выплеснуть эти боль и ярость, разрывавшие его с тех самых пор, когда они расстались? Неужели они не понимали, какими ничтожествами выглядят, снова объединяясь? Ведь у них и речи нет о браке - об этом ни слова не было сказано. Просто похоть, и это делало его мать такой же виноватой, как и отца, а Рэнди не хотел, чтобы так было. Черт бы побрал Лизу, зачем она все разворошила. Это она - Лиза! настояла на том, чтобы кончилась холодная война. И вот теперь...

Было очень трудно носить в себе такую боль долгие годы, но и, дав ей выход, он не почувствовал облегчения. Рэнди видел выражение лица отца, когда орал на него. Так больно. Но ведь он именно этого и хотел. Разве нет? Доставить старику такую же боль, какую тот доставил ему. Ведь хотел? Тогда почему он тут скорчился на кровати и ревет, как ребенок?

"Черт бы тебя побрал, отец. Почему ты оставил нас? Почему ты все не уладил с матерью?

Я совсем запутался, мне бы так хотелось, чтобы у меня был кто-то, кому бы я мог все рассказать, а тот мн, объяснил, почему и на кого я злюсь. Марианна. О Господи. Марианна, я тебя так уважал! Я хотел тебе доказать, что могу быть не таким, как мой отец, что я могу обращаться с тобой как с принцессой, никогда тебя не обидеть и показать тебе, что могу быть достойным тебя.

Но это не так. У меня речь, как у крысы с помойки, я курю наркотики, много пью, трахаюсь с любой девчонкой, которая попадается на пути. Мой отец не любит меня и бросает. Мать дает мне пощечину".

К двери подошла Бесс. Она осторожно постучала. Он вытер глаза краем простыни, вскочил и притворился, что занят плейером.

- Рэнди, - тихо позвала мать.

- Да, открыто.

Он слышал, что она вошла.

- Рэнди?

Он ждал.

- Извини меня.

Кнопки плейера поплыли у него перед глазами, полными слез.

- Ну... ладно. - Он ответил таким высоким голосом, как будто был еще в том периоде, когда голос ломается.

- Я была не права. Я не должна была этого делать, Рэнди.

Он не отвечал.

Бесс неслышно подошла к нему и дотронулась до плеча:

- Рэнди, я хочу, чтобы ты кое-что знал. Твой отец просил меня снова выйти за него замуж. Я отказалась.

Рэнди мигнул, слезы полились на его голый живот, предметы перестали расплываться перед глазами. Он по-прежнему стоял спиной к Бесс, опустив подбородок на грудь.

- Почему?

- Потому, что я так же, как и ты, боюсь, что буду снова страдать.

- Я никогда перед ним не извинюсь. Никогда.

Она убрала руку с его плеча и вздохнула. Затем снова положила ее, теплую и мягкую, на его голую кожу.

- Рэнди, он так тебя любит.

Рэнди ничего не сказал, его глаза снова наполнились проклятыми слезами.

- Я знаю, ты не веришь, но это действительно так. И веришь ты или нет, но и ты любишь его. Поэтому ты так стремишься причинить ему боль.

Она помолчала. Он тоже молчал.

- Вам нужно поговорить как-нибудь... действительно поговорить, без крика и злобы. Рэнди, не откладывай этот разговор слишком далеко. Не надо, дорогой.

Бесс поцеловала его в плечо и тихо ушла.

Рэнди остался в своей комнате без окон, смахивая с глаз слезы. Он дотронулся до серебряной кнопки на своем плейере и отпустил руку. Представил себе, что он идет в дом отца, стучит в дверь и просто бросается в его объятия, обнимая так крепко, что у того трещат кости. Но как это можно сделать, когда тебе причинили такую боль?