Читаем Прошлые обиды полностью

Стелла направилась внутрь дома, к большому выходящему на запад окну, в которое пока еще не светило вечернее солнце. Напротив окна стояла длинная софа, обитая тканью кремового цвета с коралловыми лилиями. На одной из стен висел телевизор, по которому в этот момент показывали футбольный матч. На столах были стеклянные крышки в рамах из черного дерева. Рядом стоял мольберт с незаконченным изображением африканской фиалки.

- Что ты думаешь? - спросила Стелла.

- Мм...

Снимая жакет, Бесс рассматривала картину.

- По-моему, хорошо.

- Может, и не очень, но в общем-то наплевать. Главное - в классе интересно.

Стелла подошла к телевизору и убавила звук.

- Хочешь кока-колы?

- Я сама возьму. Ты продолжай.

- Хорошо.

Она откинула назад волосы и взяла кисть, а Бесс пошла на кухню и открыла холодильник.

- Тебе принести?

- Нет, спасибо. У меня чай.

Позади Стеллы на низком столике стояла кружка и лежали тюбики краски. Она отпила из кружки, рассматривая свою работу, и крикнула:

- Как дети?

- Вот об этом я пришла с тобой поговорить.

Бесс пошла в комнату, потягивая свою коку, сбросила туфли, забралась на софу, положила ноги на валик и поставила стакан на колени.

- Точнее, в том числе и об этом.

- О! Звучит серьезно.

- Лиза выходит замуж... она ждет ребенка.

Стелла несколько секунд молча смотрела на дочь.

- Пожалуй, я все-таки прервусь.

Она взяла тряпку и стала вытирать кисть.

- Нет, пожалуйста, продолжай.

- Не говори глупостей. Я могу это делать в любое время.

Она сунула кисть в жестянку со скипидаром, сбросила свой халатик и уселась рядом с Бесс, захватив с собой свой чай.

- Ну что ж... Лиза беременна. Трудно себе представить. Это делает меня прабабушкой, не так ли?

- А меня бабушкой.

- Впрочем, это как раз не столь важно. Могу себе представить - ты в шоке?

- Была. Но прихожу в себя.

- Она хочет этого ребенка?

- Да, очень.

- Уже легче.

- Угадай, что еще.

- Еще что-то?

- Я видела Майкла.

- Бог мой, ничего себе выдалась неделька.

- Лиза все это устроила. Она пригласила нас обоих, чтобы сообщить новость.

Стелла засмеялась, подняв кверху подбородок:

- Молодец Лиза.

- Мне хотелось ее прибить.

- Как она?

- Счастлива, возбуждена и уверяет, что очень влюблена.

- А Майкл?

- Опять один. Разводится.

- Господи.

- Он просил передать тебе привет. Буквально он сказал: "Передай привет старой кукле. Я скучал о ней".

Стелла отсалютовала своей кружкой.

- Привет, Майкл! - И отпила из нее, наблюдая за Бесс. - Понятно, почему тебе захотелось со мной пообщаться. А что Рэнди? Как он все это принимает?

- Так, как всегда. Очень обижен, отца избегает.

- А ты?

Бесс вздохнула:

- Не знаю, мама.

Она опустила глаза, задумалась, вздохнула, подняла голову и сказала в потолок:

- Я носилась с обидой шесть лет. Трудно от этого избавиться.

Стелла потягивала чай и ждала. Прошла почти минута, прежде чем Бесс взглянула на Стеллу.

- Мама, я... - Она остановилась.

- Ты... Что?

- Когда мы разводились, ты мне почти ничего не сказала.

- Не хотела вмешиваться.

- Когда я узнала, что у Майкла есть женщина, я очень хотела, чтобы ты возмущалась вместе со мной. Я хотела, чтобы ты подняла кулак, назвала его негодяем, сочувствовала мне, но ты этого не сделала.

- Мне нравился Майкл.

- Да, но ты могла взять мою сторону, а ты не сделала этого. Видимо, на то были причины.

- А ты уверена, что готова выслушать их сейчас? В каждом разрыве всегда замешаны двое, дорогая. Но, если у мужчины есть кто-то на стороне, обычно во всем винят его.

- Да, но что я-то сделала? - стала защищаться Бесс. - Я вернулась в колледж получить диплом! Что в этом было плохого?

- Ничего. Но, когда ты сделала это, ты вообще забыла о своем муже.

- Нет, не забыла. Он не дал забыть. Мне все равно приходилось готовить, стирать, убирать.

- Я не о том. Я говорю о ваших личных взаимоотношениях.

- Мама, мне не хватало времени.

- Ну вот видишь. Это уже по существу, - довольно улыбнулась Стелла и, оставив Бесс переваривать сказанное, пошла на кухню налить еще чаю.

Когда она вернулась в комнату, Бесс сидела, закусив большой палец и уставившись в окно.

- Помнишь - это было давно, - ты попросила нас с отцом взять детей к себе, чтобы вы с Майклом могли поехать за город одни? А на Рождество ты подарила ему пистолет, который ему так хотелось иметь, и спрятала его у нас, чтобы он не нашел его раньше времени? Помнишь всю эту возню, когда накануне Рождества мы принесли его тебе и ты прятала его уже у себя? А первого апреля, в День дураков, что ты придумала?

Бесс уставилась на заснеженное поле для гольфа за окном, забыв о своей коке.

- Вот все такое нельзя было прекращать, - сказала ее мать.

- А я что, сама все это прекратила?

- Не знаю. Сама?

- Я тогда об этом не думала.

- Ты была поглощена учебой, а по окончании колледжа - открытием магазина. Ты к нам заглядывала всегда одна, без Майкла, постоянно на бегу. А потом ты вообще перестала навещать нас, и дети иногда приходили сами, такие неухоженные и заброшенные.

Бесс посмотрела на мать:

- Это когда Майкл обвинил меня в том, что я стала чересчур свободной.

- Так и было.

- Но ведь я просила его помочь по дому, а он наотрез отказывался. Разве нет его вины?