Читаем Прошлые обиды полностью

"Возвращение домой" - Лизина любимая. И любимая Майкла. Бесс не задумывалась о том, почему выбрала именно ее. Забытое медленно возвращалось. Руки на клавишах стали свободнее, ушло напряжение с плеч. Она почувствовала себя как легко бегущий человек, невероятно легко и свободно, в ней открылось что-то глубинное, доселе невысказанное.

Она не заметила, что Рэнди вошел и прислонился к стене. Когда прозвучали последние аккорды, он сказал из темноты:

- Привет, мама!

- О! - выдохнула она и приподнялась с табурета. - Ты смертельно напугал меня, Рэнди! Ты тут давно стоишь?

Он улыбнулся:

- Недавно.

Рэнди прошел в комнату и примостился рядом с ней на табурете. В потрепанных джинсах, потертой кожаной куртке, он выглядел как после небольшого сражения. Его черные, как у отца, волосы были чем-то намазаны, торчали на макушке, закрывали уши и спускались естественными локонами на ворот. Рэнди привлекал всеобщее внимание, продавщица в ее магазине говорила, что он похож на молодого Роберта Уриха - с быстрой улыбкой и ямочками на щеках. У него была манера наклонять голову вперед, когда он приближался к женщине, в левом ухе маленькая золотая серьга, великолепные зубы, карие глаза, а ресницы длиннее, чем у некоторых мужчин усы. Он подражал грубоватому стилю небритого молодого поп-певца Джорджа Майкла с его неспешными манерами.

Усевшись рядом с матерью, Рэнди нажал "фа" в нижнем регистре и держал клавишу до тех пор, пока не погас звук. Убрав руку с клавиатуры, он положил ее на колени, чуть повернул голову - все его движения были замедленны, лениво улыбнулся краем губ.

- Ты давно не играла.

- Ммм...

- Почему ты вообще перестала играть?

- Почему ты перестал разговаривать с отцом?

- А ты?

- Я злилась.

- Я тоже.

Бесс помолчала.

- Я видела его сегодня вечером.

Рэнди взглянул в сторону, все еще улыбаясь.

- Ну и как этот хрен?

- Рэнди, ты говоришь о своем отце! И я вообще не разрешаю говорить на таком языке.

- Ты называла его и похуже.

- Когда?

Рэнди раздраженно повел плечами:

- Мам, брось. Ты ненавидишь его всеми потрохами, как и я, и ты никогда не делала из этого секрета. Ну и в чем дело? С чего это вдруг ты стала с ним такой милой?

- Ничего я не стала. Я виделась с ним, и все. У Лизы.

- Да, знаю.

Рэнди опустил подбородок и почесал голову.

- Она тебе сказала?

- Да, сказала.

Он взглянул на мать:

- И ты, конечно, взорвалась.

- Да, в общем, да.

- Я тоже вначале, но у меня был день подумать, и я считаю, что она будет в порядке. Черт возьми! Она хочет ребенка, и Марк нормальный парень, да? Я хочу сказать, что он ее любит.

- Откуда ты все это знаешь?

- Я там много раз бывал.

Рэнди нажал пальцем черную клавишу.

- Она меня кормит обедом, и мы вместе смотрим видик. Марк обычно бывает у нее.

Еще один сюрприз.

- Я не знала, что ты... что ты у нее бываешь.

Рэнди оставил в покое клавиатуру и вернул руку на колени.

- Она сказала, что ты согласился быть шафером.

Рэнди пожал плечами и повернулся к матери.

- И подстричься.

Он пощелкал языком.

- Ну вот. Тебе начинает это нравиться.

- Меня не так волосы возмущают, как борода.

Он поскреб подбородок. Колючий и черный, он наверняка привлекал внимание молоденьких девушек.

- Что же, может, придется расстаться и с этим.

- У тебя есть девушка, которой это нравится? - поддразнила она, делая вид, что хочет ударить его в щеку, как боксер.

Он отклонился назад, выставил обе руки, как защищаются в боксе.

- Не прикасайся к щетине, женщина.

Они некоторое время притворялись, что хотят подраться, потом засмеялись и обнялись. Ее гладкая щека прижалась к его колючей, запах его кожаной куртки щекотал ей ноздри. Не важно, сколько неприятностей доставлял ей сын, минуты, подобные этой, все перекрывали. Как это все-таки здорово - иметь взрослого сына. Присутствие Рэнди в доме наполняло его звуками, можно было что-то сказать ему и услышать его ответ. И был повод набивать холодильник. Может быть, уже пора выпустить его из гнезда, но мысль расстаться с ним была невыносимой. Не важно, что минуты, подобные этой, случались редко. Когда он уедет, она останется одна в этом большом доме, и тогда надо будет принимать решение.

Он отпустил ее, и она ласково ему улыбнулась.

- Ты неисправимая кокетка. - Он приложил обе руки к сердцу. - Мама, ты ранила меня.

Она немного подождала, пока он утихнет.

- О свадьбе...

Он молчал.

- Лиза просила твоего отца и меня вести ее к алтарю.

- Да, я знаю.

- И потом в доме родителей Марка будет ужин. Чтобы познакомиться семьями.

Рэнди молчал, и она спросила:

- Ты это переживешь?

- Лиза и я уже договорились об этом.

Губы Бесс застыли в молчаливом "О!". Отношения между ее детьми были для нее сюрпризом.

Рэнди продолжал:

- Не беспокойся. Я не поставлю их в сложное положение. - Быстро взглянув в глаза матери, он спросил:

- А ты?

- И я. Мы поговорили с твоим отцом, после того как ушли от Лизы, и договорились с уважением отнестись к ее просьбе. Протянули друг другу оливковую ветвь.

- Ну что ж, тогда... - Рэнди похлопал себя по коленям. - Полагаю, что все счастливы.

Он поднялся, но Бесс поймала его за руку:

- Есть еще кое-что.