Она кивнула, пошла к лестнице и стала спускаться. Себастьян нажал на ручку бачка, хлынула вода. Но какаин не растворялся, а пакетиков было слишком много. Они не исчезли в глубинах трубы, похоже, напротив, забили ее. Себастьян снова спустил воду, и снова без успеха. В панике он смотрел на беловатую воду, что наполнила унитаз и грозила перелиться через край.

12

– Чего ты так копаешься? – упрекнул Никки Сантос. – Я уже начал волноваться.

– Не слышала звонка, – соврала Никки.

Она отошла в сторону, пропуская его в квартиру, но он застыл на пороге, обозревая хаос в гостиной.

– Что стряслось? Какой ураган тут бушевал?

Вопрос застал ее врасплох, ответа она не приготовила. Сердце забилось быстро-быстро, на лбу выступили бисеринки пота.

– А что, собственно? Занялась уборкой и…

– Издеваешься, да? Никки, я тебя серьезно спрашиваю.

Она совсем растерялась. Конечно, глядя, что творится вокруг, трудно поверить в уборку. Даже генеральную.

– Ну! Объясни же, что случилось, – потребовал он.

Раздавшийся с лестницы раскатистый голос Себастьяна избавил ее от мучительного допроса:

– Повздорили немного. Случается, не так ли? Сантос в недоумении обернулся, чтобы посмотреть на неожиданного гостя. Собираясь сыграть роль ревнивца, Себастьян постарался придать лицу злобное выражение.

– Вы называете это повздорить? – уточнил коп, обводя рукой разоренную гостиную.

Никки неловко представила их друг другу.

Мужчины поздоровались сухим кивком головы. Себастьян постарался не выдать своего удивления, но Сантос его удивил. Своей внешностью. Выше его на голову, хорошо сложенный метис с тонкими чертами лица ничуть не походил на недалекого грубого полицейского. В хорошо сшитой форме – наверное, обошлась ему в изрядную долю жалованья! – красиво подстриженный, безупречно выбритый, он выглядел достойным доверия человеком.

– Нельзя терять ни минуты, – объявил он, окидывая взглядом обоих родителей. – Не хочу вас волновать, но трое суток никаких вестей от подростка – это много.

Он машинально расстегнул пуговицу на воротнике и сухо сообщил следующее:

– Дела об исчезновении подростков обычно ведет местная полиция, но если область поисков выходит за границы одного штата или даже государства, то тогда включаются ФБР и Служба быстрого реагирования при похищении детей. У меня в этой службе есть знакомый. Я уже позвонил и сообщил ему об исчезновении Джереми. Он ждет нас у себя в офисе в Мидтауне, офис расположен в Метлайф-билдинг.

– О’кей, мы едем, – мгновенно согласилась Никки.

– Я поеду на своей машине, – осадил ее рвение Себастьян.

– Не лучшее решение. На моей служебной с мигалкой мы проедем без пробок.

Себастьян выразительно глянул на Никки.

– Мы доберемся туда своим ходом, Лоренцо.

– Чудесно, – язвительно одобрил коп. – Будем и дальше терять время! – Поняв, что их ему не переубедить, Сантос направился к двери. – В конце концов, парень ваш, – закончил он и хлопнул дверью.

Уход копа не снял ни напряжения, ни беспокойства. Оставшись одни, Никки и Себастьян вновь оказались перед мучительной необходимостью выбрать единственно правильное решение. Боязнь ошибиться парализовала их. Они еще не были в силах осмыслить все, что на них свалилось: бегство Джереми, его страсть к покеру, найденный в комнате у сына наркотик…

Они снова вернулись в комнату Джереми. Себастьяну удалось прочистить туалет, пробив засор длинной ручкой щетки. Теперь от наркотика и духа не осталось, но он пока еще не перешел в область дурных снов.

В поисках хоть какого-то следа, намека, указания Себастьян еще раз пристально изучил алюминиевый чемоданчик и его содержимое. Но нет, в нем не оказалось двойного дна, на картах не было никаких значков или надписей и на поддельных фишках тоже. Внутренность чемоданчика была сделана из пенопласта с лунками, на крышке был кармашек. Он сунул туда руку. Пусто. Хотя… Бирдекель, кружок из картона. На одной стороне – реклама марки пива, на обратной – изображение кривого кинжала, что-то вроде стилизованного счета за пиво и адрес:

17, Фредерик-стрит – Бушвик.

Владелец Дрейк Декер.

Себастьян протянул бирдекель Никки.

– Знаешь этот бар?

Она помотала головой. Он продолжал настаивать:

– В этом баре Джереми играл в покер! Так ведь? Скажи!

Он пытался заглянуть ей в глаза, но она отвернулась.

Бледная как смерть, глядя в пустоту, она, казалось, впала в прострацию и отказалась действовать.

– Никки! – громко окликнул он.

Она быстро вышла из комнаты. Он догнал ее на лестнице, дошел с ней до ванной, где она дрожащими руками выпила таблетку успокоительного.

Себастьян взял бывшую жену за плечо.

– Приди в себя, очень тебя прошу. – Он постарался как можно спокойнее изложить ей свой план. – Вот что сейчас нужно сделать. Ты отсоединишь коляску и поедешь на мотоцикле на Манхэттен. Как можно скорее. Тебе нужно встретить у лицея Камиллу.

Он глянул на часы.

– Она заканчивает в два. Если выедешь прямо сейчас, то успеешь точно к сроку. Успеть можно только на мотоцикле.

– Почему ты беспокоишься за Камиллу?