Читаем Прощай, КГБ полностью

«В тесном контакте с Военными советами и командованием всех степеней при соответствующей помощи и понимании со стороны руководства России и командования Вооруженных Сил, СНГ необходимо восстановить боеготовность и удержать войска в ЗакВО, сохранить Воздушную армию и ПВО, чтобы они могли как и прежде защищать южные границы Отечества».

Он видел, что даже вражеские спецслужбы сейчас меньше всего заняты сбором государственных секретов, потому что секретов не осталось! Их главная задача – создать благоприятные условия для дальнейшего распада союзного государства и деморализации войск.

Закавказье завалено оружием.

На улицах Тбилиси каждый день открывается стрельба, гибнут безвинные люди! Этот беспредел охватил и другие города…

Об этом не напишешь в Москву, ибо по устным распоряжениям из самой Москвы идет безучетная раздача тысяч стволов стрелкового оружия противоборствующим сторонам. Неужели непонятно (или, наоборот, понятно?), что с наступлением весны из перенасыщенного оружием Закавказья оно перекочует уже на юг самой России?

От Москвы требуется создание правовой основы пребывания россиян в Закавказье.

К примеру, Грузия. Она не член СНГ! Бывший Президент Гамсахурдиа принял закон о запрещении деятельности в Грузии оперативных подразделений, не подчиненных республике. Закон не отменен. Аналогичный нормативный акт готовится в Азербайджане…

Как работать в такой обстановке – Цурике непонятно. Как взаимодействовать с местными органами безопасности – тоже проблема. Да и взаимодействовать скоро будет некому – из 500 сотрудников по штату некомплект составил 150. Еще 160 сотрудников подлежат замене с прошлого года. Более 100 человек подали обоснованные рапорты о переводе по состоянию здоровья, по семейным обстоятельствам… Выходит, в строю сегодня осталась лишь пятая часть, или 20 %. Да и те подчас не выдерживают морального и физического давления. От разрыва сердца в 1991 году умер начальник особого отдела Грабар. Недавно с огнестрельным ранением поступил в госпиталь майор Оганов.

Предусмотренной законом ротации кадров не проводится. Офицеры как заключенные. Но те хоть знают свой срок. У особистов хуже – из 156 человек, подлежащих замене, лишь трое получили «свободу» и отбыли в Россию. Отбывают даже без компенсации. Стоит ли ждать этих деньгег – поскорей бы ноги унести, пока не передумали… Иначе будешь сидеть здесь десяток лет за себя и за тех парней, которые двинулись из российской армии на Украину, Азербайджан и в другие государства. Ведь 70 % 4-й и 7-й армий, дислоцирующихся в Закавказье, составляют азербайджанцы и армяне. Им по возвращении на родину обещают сразу дать квартиры, хорошие должности, оклады.

У Цурики 70 офицеров военной контрразведки не имеют квартир. В том числе и два его заместителя – генералы. Отсюда и последствия: нет квартиры – нет прописки; нет прописки – нет работы; нет работы – жить не на что… Школы для детей офицеров стали проблемой – преподают только на своем языке. Устроить малышей в детсад невозможно. Страшная дороговизна во всем.

С командировками непонятное творится – за неделю командировки офицер-особист тратит две трети своего месячного заработка, а компенсацию за это получает в размере 20 рублей в сутки без оплаты жилья.

– Я не боюсь, что меня убьют, я боюсь, что моя семья останется голодной, – говорят офицеры, отказываясь ехать в командировку.

– Если на Украине русские офицеры еще размышляют: принимать или не принимать присягу, – скажет на совещании в Москве Цурика, – то у нас в Закавказье всякий раз, выходя на работу, военнослужащий думает: вернется ли он домой? Нам угрожают, нас захватывают, избивают, пытают, стреляют и просто убивают. Очень сложная обстановка на армяно-азербайджанской границе, в Цхинвали, в Степанакерте…

В Степанакерте, в самом центре Карабаха (НКАО), стоит 366-й мотострелковый полк. Из Шуши и других мест полк ежедневно обстреливают – то азербайджанцы, то армяне. В сутки до двадцати ракет прилетают на территорию полка. Полностью развален автопарк. Разрушены казармы – солдаты ставят палатки…

В среднем каждый день в полку погибает один военнослужащий и десять раненых отправляются в госпиталь. А ты, командир полка, стрелять не смей – из Москвы такой команды нет! Этот полк миротворческий, вроде бронежилета на чужом брюхе. Бывает, не выдержат у кого-то из офицеров нервы, выведет он свою боевую группу на огневую точку и даст залп в ту или иную сторону по нападающим (он даже не знает, кто нападает), и тут же нота протеста суверенного государства! Если залп был дан по армянам – гудит Армения: «Полк воюет на стороне азербайджанцев!» И наоборот! После этого едут проверяющие – из России, из ООН.

Не хватает еще одного залпа – по проверяющим! Чтобы меньше ездили. Особенно по зарубежным защитникам прав «человека» (читай – террориста).

Более десятка решений принято на самом высоком уровне по одному только полку в Степанакерте.