Читаем Пророк (ЛП) полностью

Я невольно задумалась, сколько меня ждёт последствий моего срыва и фактического выпадения из жизни на почти полных три дня. Я гадала, какие истории люди рассказывали друг другу, чтобы объяснить это.

Насколько я понимала на данный момент, эти истории не очень-то положительно описывали роль Ревика во всём этом.

Я понятия не имела, как они воспринимали моё поведение.

Казалось, что им потребовалось абсурдно много времени, чтобы открыть дверь в ту часть резервуара, которая принадлежала Лили. Я лишь вполуха слушала, как они рассказывают Ревику об изменениях в протоколах, напоминают, что нам нельзя оставаться там дольше, чем на два часа, что нам нельзя там спать или пытаться активно связаться с верхними структурами в свете Лили…

Я слушала это лишь вполуха.

Однако эта нотация раздражала меня сильнее обычного. Особенно часть о том, что я не должна слишком приближаться к свету моей дочери.

Ревик, похоже, слушал ещё меньше, чем я, но я понимала, что у него в голове вертятся другие вещи, и не все они касаются Лили. Он заслонил свой свет крепкими щитами вдобавок к защите моего света. Похоже, он даже в некоторой степени закрывался от меня.

Я вообще больше не чувствовала в нём никакой боли.

В итоге они наконец-то открыли эту чёртову дверь.

Как только они сделали это, облегчение затопило мой свет, хотя мы ещё даже не вошли в комнату полностью. Я также ощутила облегчение в Лили ещё до того, как она подняла взгляд. Затем она тут же вскочила на ноги с места, где сидела на полу с Кали.

Я уставилась на Кали, на игрушки, разбросанные на полу там, где она играла с моим ребёнком. Жёсткий дротик ярости пронзил мой свет, отчего стало сложно дышать.

Как я умудрилась пропустить, что она здесь? Ниила и Деклан не потрудились упомянуть эту деталь? Или я просто не слушала их, когда они сообщили это?

Она также была здесь одна… без Уйе.

Играла в мамочку с моей дочерью, бл*дь.

Пальцы Ревика сжали мою ладонь.

«Она бабушка Лили», — мягко напомнил он мне.

«Мне похер», — пробормотала я в ответ в его сознании.

«Они скоро уедут», — невозмутимо продолжил он.

«Да, с нашей дочерью, бл*дь, — послала я в ответ, и моя злость нарастала. — И тогда у неё будет куча времени, чтобы играть в «бабушку». Или ты забыл?»

Ревик не ответил.

Я бросила на Кали открыто враждебный взгляд, когда она проходила мимо нас к двери резервуара, предположительно чтобы оставить меня и Ревика наедине с Лили. Она улыбнулась мне, и я постаралась придать лицу вежливое выражение. Однако мне это не удалось, и в итоге я выпустила руку Ревика, чтобы сжать свою ладонь в кулак.

Кали и бровью не повела, вместо этого улыбнувшись Ревику. Она протянула ладонь, словно желая мимоходом коснуться его руки, но я грубо оттолкнула её свет от него.

— Пожалуй, не стоит тебе это делать… сестра, — предупредила я.

Ревик вздрогнул, удивлённо посмотрев на меня.

Затем, словно ощутив что-то в моём свете, он подвинулся, как будто расположив своё тело между мной и моей биологической матерью.

Всё это время Кали смотрела только на меня, широко раскрыв зелёные глаза.

Я видела там боль, но её полные губы лишь самую чуточку поджались, прежде чем она покачала головой и тут же отвела свой свет в сторону. Затем она нарочно открыла свой aleimi, делая его покорным.

— Я прошу прощения, дочь, — пробормотала она, вежливо кланяясь. — Мои искренние извинения.

В этот раз я также услышала в её словах боль.

И всё же я по-прежнему чувствовала, что отстраняюсь от её света, не желая его чувствовать. Того факта, что она в данный момент хоть сколько-нибудь приблизилась к Ревику, оказалось достаточно, чтобы мне пришлось кусать губы ради сохранения молчания. Часть меня хотела послать её нахер, но этого я тоже не сделала.

В любом случае, Кали обошла Ревика стороной, старательно направляясь к овальной двери. Я провожала её взглядом, всё ещё сдерживая холодную ярость, которая змеилась в моём свете.

Повернувшись к Ревику после того, как за ней закрылась дверь, я обратилась к нему в своём разуме, пока Лили подошла и схватила меня за пальцы.

«Пусть её сюда больше не пускают, — послала я. — Только с моего разрешения».

Ревик нахмурился, обернувшись на дверь.

Он лишь кивнул один раз.

Я понимала, что он со мной не согласен.

Я также понимала, что он не хотел спорить со мной здесь, перед Лили. Я почувствовала, что он думает об Уйе и о том, что большая часть моей злости иррационально направлена на одного родителя, но не на другого.

В ответ на это я тоже прикусила губу.

Однако Лили не собиралась терпеть, что я игнорирую её дольше нескольких секунд.