Читаем Пророк полностью

Я ощущала его нервозность. С тех пор, как мы договорились об этой встрече, он вёл себя странно, и хоть я усиленно старалась не связывать это с Даледжемом, это было непросто. Во-первых, Ревик даже немножко перебарщивал с попытками притвориться, будто всё нормально. Из-за этого я ловила себя на том, что чуть сильнее обычного закрываюсь от него щитами, и это тоже не помогало.

Я постаралась сосредоточиться на том, зачем мы здесь… и как можно сократить эту встречу.

Джон, Врег и несколько других уже плыли на второй лодке, направляясь севернее, чтобы найти Локи и его команду, а также послать им сигнал, когда будет безопасно поднять «Чинук» в воздух и посадить его на авианосце.

Прямо перед уходом Джон сказал мне, что они не возьмут с собой Данте.

Видимо, кое-какие техники и даже Джон с Врегом хотели удивить её, приведя к матери.

Однако я знала, что дело не только в этом.

Они также не хотели рисковать, вытаскивая Данте на потенциально враждебное побережье.

Хотя ей было всего шестнадцать, но она всё явственнее становилась настоящим начальником техников, хотя формально эта роль принадлежала Викраму, в основном из-за его возраста и продолжительной службы в Адипане. После потери Гаренше они все чувствовали особенное желание оберегать свою ловкую девчушку-подростка.

Конечно, отчасти это было личным.

Чёрт, да по большей части это было именно личным. И всё же у них имелись веские основания, чтобы подкрепить военными причинами своё желание оберегать.

Жаль, что я пропущу их воссоединение, поскольку команда Локи должна очутиться на авианосце ещё до нашего возвращения. Мы решили провернуть это одновременно, а не последовательно, чтобы минимизировать риски и продолжительность пребывания здесь, а также предоставить каждой группе потенциальную помощь на случай, если кому-то из нас понадобится подкрепление.

По этой же причине Врег и Джон планировали патрулировать прибрежные воды на лодке после того, как проводят команду Локи и остальных — просто на случай, если что-то пойдёт не так.

Не то чтобы мы ожидали неприятностей.

Я старалась не сосредотачивать свой свет и внимание на Ревике, но сложно было сделать это, когда я чувствовала, что его нервозность усиливается и ударяет по моему свету таким зарядом, что я снова покосилась на него. Он не ответил на мой взгляд, но явно отреагировал, и в итоге я отвернулась.

Когда я ощутила приближение группы aleimi-светов, я и сама занервничала.

Накинув на себя более жёсткий, лидерский плащ и придав лицу менее дружелюбное выражение, я скрестила руки на груди, выжидая.

Я не знала, чего ожидать, когда Дети Моста наконец-то вышли из-за деревьев, но одна лишь их численность ошарашила меня.

Взглядом я насчитала как минимум сорок видящих, и большинство из них хорошо закрывалось щитами.

Разведчики.

Ну, не все, конечно. Но у большинства определённо имелись характерные отпечатки.

Я заметила в этом строе Даледжема и невольно нахмурилась. Я помрачнела ещё сильнее, когда заметила, что он смотрит на Ревика, и его зелёные с фиолетовым глаза отражают солнечный свет.

Отведя взгляд от его тёмных волос и лица с высокими скулами, я заставила себя осмотреть остальную группу, заметив, что они довольно сильно разнились меж собой по возрасту, хотя большинству, наверное, было где-то двести-триста лет.

Посередине я видела женщину, которая могла быть старше.

Она не ощущалась как разведчик.

У меня не имелось подтверждения этим фактам, но почему-то это ощущалось правдивым.

Она выглядела молодой, ибо большинство видящих выглядели молодо. Я бы дала ей сорок с небольшим, если бы она была человеком — может, даже моложе. Как и многие видящие, она обладала слегка азиатскими чертами, а её ярко-зелёные глаза были на несколько оттенков темнее моих. Ближе к цвету глаз Даледжема, но им недоставало фиалкового ободка, из-за которого его радужки так выделялись.

Что касается того, что она не ощущалась разведчицей, тут я была более уверена, но это сложнее объяснить словами.

Она просто не ощущалась как разведчица.

Её свет обладал какими-то другими качествами. Он был не то чтобы мягким, но и не обладал той наэлектризованной, лазерно-острой агрессией, которую я ассоциировала с разведчиками. Он также ощущался более открытым, возможно, более прозрачным, чем свет большинства разведчиков.

Почему-то она показалась мне знакомой.

Поначалу я не могла определить, почему и кого она мне напоминала. Я знала, что никогда не встречала её — по крайней мере, с тех пор, как узнала, что я видящая, и получила доступ к фотографической памяти видящих.

Рядом с ней стоял мужчина.

Через несколько секунд я осознала, что уставилась и на него тоже.

У него были голубые глаза — очень, очень светлые бирюзово-голубые глаза, которые как будто сияли своим собственным внутренним свечением. Он был красив, его светло-каштановые волосы выгорели до блондинистых оттенков на солнце. Светлые волосы были настолько нетипичны для видящих, что я невольно уставилась на него, на черты его загорелого лица, которые настолько походили на человеческие, что почти напоминали мне Балидора.