Читаем undefined полностью

Как только что-то взревело, по земле покатились раскаты грома, словно им навстречу вновь ломилось стадо ящериц-переростков. Но вскоре впереди замаячили тела. Они были не намного больше орков. И неслись они на невообразимых тварях. Таких Растеун видел у эльфов – Единороги. Только абсолютно черные, покрытые странными наростами и с пламенем вместо грив. Да и сами наездники были не краше. Казавшиеся голыми черепами лица, обрамленные, словно лучами, шестью рогами по кругу.

Волосы орков поднялись дыбом, как только они осознали, кого видят перед собой. Неужто демоны вернулись на Альконар? Тогда обречены не только орки. Обречены все… Растеун был готов уже сложить оружие и смиренно отдаться в лапы демонов, как его оглушил рев Грамтара:

– За щиты! – Грамтар силком увлек Растеуна за ближайших пехотинцев, укрывая его от роя горящих стрел. Послышались вскрики, в нос ударил запах жженых волос и мяса. Затем вновь раздался рев Грамтара. – В атаку!

Ряды орков сдвинулись, лавиной двигаясь вперед. Всего-то несколько сотен боеспособных орков. Но и демонов, как казалось, не так уж много. Засвистели стрелы. Растеуну пару раз пришлось перепрыгивать через упавшее под ноги впереди тело. А демоны попросту пришпорили коней, отступая на безопасное расстояние.

Небольшим спасением был лес, что защищал от большей части стрел. Но едкое пламя демонов начинало грызть толстую древесную кору, словно раскаленная спица впивалась в молочное масло.

Все же оркам удалось настигнуть замешкавшийся отряд стрелков. Топоры застучали, словно по дереву, кроме коры, закованному еще и в железо. Но орки стали теснить демонов, пока те не начали отступать под натиском доведенных до отчаяния серокожих воинов. Растеун попытался осмотреться. Чуть в стороне он с ужасом увидел, как огромная орава демонов, безобразных и иногда почти бесформенных, ворвалось в колонну, вырезая необученных войне граждан, словно вепрей.

Тяжеловооруженный отряд был моментально послан Ларгоном на перехват, чтобы хоть как-то помочь крестьянам, но на них, будто из ниоткуда, выметнулось полчище тварей, которых все орки помнили по картинкам из книжек. Альки – твари, что были рождены в этом мире и предали его, прогнувшись под каким-то там «Наместником». Их было по-настоящему много, не меньше тысячи. У единственного отряда орков не было против них никакого шанса. Они попросту оказались сметены этой хвостато-рогатой лавиной, что тут же развернулась в сторону Растеуна.

Растеун покрепче перехватил топоры, готовясь сгруппироваться и не быть сбитым этой лавиной. Он уже видел огонь, горящий в глазах и глотках альков, что неслись на орков, отрезая их от граждан. Он почти слышал смех каждой этой твари, что прекрасно понимали ощущения воина, что не может спасти свою семью. Волосы на загривке вставали дыбом от ужаса. А по венам растекался кипяток, стараясь перебить страх гневом.

Новая волна зловония накатила за секунду до того, как тысяча альков врезалась на полном ходу в крошечное войско орков. Растеун успел подпрыгнуть в воздух, уперевшись в лоб алька, как когда-то уперся в паука.

Пещера… Столько времени прошло с тех пор, как они обнаружили людей и вывели их из их плена в трех хребтах. Вот о чем говорил Сингамар перед уходом. Вот что означала надпись на том камне. Люди привели в этот мир орду демонов. Теперь этот мир уже ничто не спасет.

Его топор впился в тушу ближайшего алька, тот с воплем раненого динозавра отдернулся назад, потянув Растеуна за собой, в самую гущу демонов. Сзади раздался рев, и в эту брешь вломились пехотинцы. С налитыми кровью глазами орки размахивали топорами, мечами и палицами. Натиск альков был замедлен, но не остановлен. Растеун замечал, что, хоть под его ударами и происходит одна смерть за другой, ему все же приходится отступать шаг за шагом.

Словно издалека он услышал голос Грамтара, что сражался с ним бок о бок:

– Растеун! – лицо Грамтара было поистине черным от кипевшей внутри него крови. – Надо отступать, пока еще не слишком поздно!

– Что?! – взревел Растеун. Он еще не забыл, как его пытались сравнять с землей после того, как он оставил Паргас. – Ты издеваешься?! Отступить?! Я лучше паду прямо здесь!

При этих словах ему пришлось ударить обоими топорами в алька, что растянулся в атакующем прыжке, направив на Растеуна длинные когти. Но такого быстрого исполнения своих слов Растеун не пожелал. Он рубанул налетчика по рукам, поднимая их вверх, а сам резко осел, подогнув колени. Топоры, что все еще были подняты вверх, умудрились нащупать слабые зоны среди костяных наростов, распоров альку брюхо. Трава вокруг Растеуна тут же вспыхнула, едва ее коснулись капли альковой крови.