– Вы мне верите? Или просто пытаетесь одурачить меня? – юноша с подозрением смотрел на Чэн Ю.

– Я верю в тебя, а также верю, что в этом мире есть много вещей, которые наука не может объяснить. В противном случае я бы не стал проводить церемонию по снятию проклятья, – серьезно ответил психотерапевт.

– Вы хотите сказать… что Сяомэй могла изменить свое отношение ко мне?

Взгляд Сяоляна становился все светлее, как будто внутри него разгорался свет. Но, задав вопрос, юноша тут же покачал головой:

– Невозможно, она слишком упряма.

– Попробуй поговорить с ней. Ведь обычно ты ей не отвечаешь, верно? – произнес Чэн Ю, глядя на белые розы.

– Сяомэй… – прошептал Сяолян.

Цветы перед ним покачивались на сквозняке.

– Я заплатил свою цену. Мои руки покрыты ранами, а сердце разрывается от горя… Я не могу спать, не могу жить. Если ты простила меня, дай мне знак. Я хочу жить ради тебя, увидеть мир, ведь мы договаривались, что в восемнадцать отправимся в кругосветное путешествие. Я хочу узнать, что приготовило для меня будущее, увидеть море, горы, озера… Я хочу жить, Сяомэй; пусть я и мучаюсь, но все еще чувствую себя живым. Что же мне делать? На днях ты говорила, что хочешь, чтобы я принадлежал только тебе, ты звала меня с собой. Я всегда относился к тебе как к младшей сестре. Ты была такой грустной в тот последний день, а затем произнесла те бессердечные слова. В глубине души мне очень жаль, Сяомэй, твоя смерть была такой несправедливой. Я скучаю по тебе… Но я боюсь. Боюсь, что проклятие станет реальностью. Почему мы должны ненавидеть друг друга? Разве не лучше было бы проститься? Оставить счастливые воспоминания в сердцах друг друга? Как ты в белом платье улыбаешься мне, держа розу в руках…

Лин вздохнула. Она не знала почему, но Чэн Ю в этой ситуации напоминал ей ребенка, с радостью присоединившегося к игре, которую никто другой не мог понять. А ведь Сяолян очевидно нуждался в лечении.

Девушка больше не могла смотреть на разворачивающуюся сцену и уже собиралась уйти, как вдруг через все помещение пронесся сильный порыв ветра, сорвавший цветы с веток. Затем ее настиг знакомый аромат роз. Такой же, как в комнате Сяоляна!

Белые лепестки закружились в воздухе и стали медленно падать на юношу.

– Сяомэй, Сяомэй…

Сяолян наблюдал за дождем из цветочных лепестков, падающих сверху. Он упал на колени и издал глухой крик боли.

Невероятно. Лин удивленно посмотрела на наставника. Сначала она подумала, что это часть его замысла, но Чэн Ю был удивлен не меньше ее. Их взгляды встретились. Ветер постепенно рассеивал тревоги в их сердцах.

«Чэн Ю!» – Лин выкрикнула это имя про себя и наконец поняла, что имел в виду ее наставник, говоря о процессе лечения. Традиционная психология пыталась очистить разум пациента от «неправильных» мыслей, Чэн Ю же пошел по следам внутреннего духовного потока человека, отыскал источник боли и как мог излечил.

Цветы белой розы окончательно завяли через неделю. Их период цветения короток, как и наши встречи в жизни. Но эти цветы исцелили Сяоляна. Чэн Ю надеялся, что мальчик не заметил следов земли под цветочными горшками. Он, Лин, все одноклассники и, конечно же, родственники Сяоляна провели ночь, усердно пересаживая на место красных роз купленные в цветочном киоске белые.

Возможно, на самом деле Сяоляна исцелила не магия, а его же любовь.

В кабинете психотерапевта появилась законченная картина. Красные и, вместо зеленых – белые, розы цвели на заднем фоне, а среди них спиной к зрителю стоял юноша, махавший кому-то. Тени на картине выглядели хаотичными, а тот, кому махал юноша, уже давно исчез из виду. Казалось, что он вот-вот бросится его догонять. Но точно знал, что не успеет, да это и не нужно было. Их пути разошлись. И юноша с печальной улыбкой махал вслед своему прошлому.

Пропажа кошек

Ночь в средней школе Наньшаня была наполнена ароматом белых цветов, росших вокруг школьного городка. Чэн Ю наблюдал, как от земли медленно поднимается пурпурный туман. Психотерапевт прогуливался по небольшой лесной зоне недалеко от главного здания школы. Это место своей атмосферой спокойствия и умиротворения вызывало в его памяти любимое стихотворение.

Внезапно из ночной темноты перед ним возникло совершенно черное нечто, издавшее пронзительный крик «мяу»; глаза, горевшие зеленым светом, излучали настороженность. Чэн Ю от неожиданности остановился.

Около десяти секунд черная кошка, не двигаясь, пристально смотрела на молодого человека. Тот видел лишь горящий взгляд, пронизывавший пурпурный туман. Через некоторое время кошка повернулась и проворно убежала обратно в лес.

Чэн Ю неосознанно последовал за животным, прошел сквозь туман и наткнулся на свой мотоцикл.

Когда молодой человек попадал в такую густую пелену, ему зачастую казалось, что он вот-вот впадет в забытье.

Свет от фар, пронизывая воздух, освещал дорогу. Вдруг Чэн Ю услышал чей-то плач.

– Почему? Почему ты умер? – причитала темная фигура, сидевшая, сгорбившись, на коленях.