Читаем Пропавшая нимфа полностью

– Рассказывай, Пол.

– Похоже, районный прокурор взял к себе в штат репортера-профессионала.

– Почему?

– Каждое утро он сообщает нечто драматическое о твоей клиентке.

– Ну, в ближайшие дни ему придется довольствоваться одной фантазией своего корреспондента. Так что же на этот раз?

– Он намерен эксгумировать труп человека, похороненного под именем Грегори Лортона. Намекает на возможность обнаружения яда. Продолжает цепляться за тот факт, что Рода Монтейн, будучи медсестрой, подсыпала ипрол в Шоколад своему мужу, дабы он спал не просыпаясь. Вроде, если бы ей хотелось превратить его сон в беспробудный, она бы это просто устроила.

Мейсон усмехнулся.

– Они боятся, что не смогут использовать показания мужа на суде, вот и стараются пошире разрекламировать в газетах историю с ипролом. Понимаешь, Пол, мне-то кажется, в данном случае цель газетной кампании не столько в том, чтобы восстановить общественное мнение против самой Роды Монтейн, сколько в ежедневном публичном битье меня по физиономии. Ничего, отольются виде кошке мышкины слезки!

– А что ты можешь предпринять?

– Многое. Если ее намереваются судить объективно и честно, это одно дело. Но коли заранее пытаются создать у публики предубеждение, тогда и я стану относиться к ним иначе.

– Будьте осторожны, шеф, – сказала Делла, – возможно, районный прокурор как раз и рассчитывает толкнуть вас на необдуманный шаг.

Перри Мейсон подмигнул девушке.

– Дорогая, ты ведь знаешь, что мне частенько доводилось проходить сквозь огонь, воду и медные трубы, даже не пострадав в пути!

– Твои методы работы нам известны: когда выходишь из себя, ведешь дело гораздо лучше, чем в спокойном состоянии, – кивнул головой Дрейк. – Но сколько раз ты шагал по самой кромке пропасти!

– Послушайте, умники-разумники, я могу вам обоим пообещать…

– Что?

– Такую защиту, которой вы до сих пор еще не видывали.

– Иными словами, ты начал принимать контрмеры?

– Я буду действовать так быстро, что мои противники не успеют сообразить, нападение это или отступление. Вы еще не поняли, что борьба сейчас идет вовсе не с прокурором, а с человеком, который скрывается за его спиной… Пошли, Пол.

Они уселись в личном кабинете адвоката. Дрейк вытащил из кармана записную книжку.

– Ты что-нибудь разузнал, Пол?

– Думаю, да.

– А конкретнее?

– Ты мне велел проверить прошлое Моксли, насколько это возможно.

– Ну да.

– Это оказалось довольно сложно. Моксли действительно сидел в тюрьме, вышел из нее нищим. Ему страшно требовались деньги. Он был одиноким волком, поэтому трудно сказать обо всех его занятиях и художествах. Но все же, думается, кое-что мне удалось разведать.

– Не тяни, дружище!

– Мы узнали, что Моксли заказывал междугородный разговор с Сентервиллем. На его чемодане имеется наклейка тамошнего отеля «Палас». Тогда мы проверили, регистрационную книгу этого отеля, Моксли в ней не значился. Но есть одна знаменательная, особенность в поведении Моксли: ты заметил, что он всегда меняет только фамилию, оставаясь по-прежнему Грегори?

Возможно, это делается на тот случай, если его назовут просто по имени. Тогда ему не надо будет мучительно вспоминать все свои клички… Так или иначе, но мы еще раз просмотрели журнал «Паласа» и убедились, что в нем более двух месяцев проживал некто Грегори Фриман, женатый на некой Дорис Пендер.

Эта Пендер работала стенографисткой и бухгалтером на сентервилльском маслозаводе. Она была опытным и хорошим специалистом и сумела скопить кое-какие средства, которые обратила «в ценные, «неприкосновенные», так сказать, бумаги… Потом вышла замуж, бросила работу и уехала со своим мужем. Вроде бы в Сентервилле у нее не было никаких родственников, хотя сотрудники с маслозавода говорят, что где-то на севере живет ее брат.

Глаза Мейсона блестели, он несколько раз кивал головой.

– Ловкая работа, Пол!

– Тогда мы обратились в электрокомпанию за списком внеплановых абонентов на случай, если эта Пендер и Грегори Фриман живут здесь. Так вот, примерно две недели назад свет был сделан для Дорис Фриман из апартаментов «Бальбоа» по Вест-Ордвей, 721. Ее номер 609. Живет она одна. И о ней никому ничего не известно.

– А если узнать про телефонные разговоры через местный коммутатор…

Детектив осклабился.

– Как ты думаешь, мои ребята даром получают деньги?

Мы сразу выяснили, что в холле установлен свой коммутатор, возле которого кто-то постоянно дежурит. Работы у операторов не слишком много. Поэтому ведется учет всех телефонных вызовов с указанием квартир, из которых они поступали. Нам не хотелось обращаться с расспросами прямо к связисту, поэтому его хитростью завлекли в буфет и потом сами заглянули в записи. К сожалению, время разговоров не отмечается, ставится только дата. Шестнадцатого июня сего года из квартиры 609 звонили по номеру Юг 9-43-62. А поскольку этот вызов стоит первым в списке за шестнадцатое число, можно предположить, что звонили вскоре после полуночи.

– Где этот журнал?

– Остался на месте. Однако мы сфотографировали страницу, на которой записан вызов. Так что, если журнал и «пропадет» для суда, у нас останется вещественное доказательство.