– Понятно. А полиция ее следов не обнаружила?

– Если она не снимала перчаток, ей вообще незачем было думать о каких-то следах… Для чего тогда обтирать дверную ручку и топор? Ты понимаешь?

Дрейк медленно наклонил голову.

– Все ясно.

Мейсон взглянул на Деллу Стрит.

– Приготовь для подписи апелляцию.

Она кивнула и вышла из кабинета. А через несколько минут вернулась с листом бумаги в руках.

– Это последняя страница, – сказала она, – можете подписывать.

Перри Мейсон размашисто расписался.

– Отошли ее. Заставь судью составить предписание. Проверь, чтобы все было в порядке. Я уезжаю.

– Надолго? – спросил Пол Дрейк.

– Ровно на столько, чтобы задать работы доктору Клоду Милсопу, – ответил он с улыбкой.

Глава 9

Медсестра доктора Милсопа вспыхнула от возмущения.

– Вы не имеете права сюда заходить. Это частный кабинет врача. Он никого не принимает без предварительной договоренности. Сначала позвоните, и он назначит удобное для себя время.

Перри Мейсон внимательно посмотрел на нее.

– Я не люблю воевать с женщинами. Объясняю вам еще раз, что я адвокат и пришел сюда по делу, имеющему для него колоссальную важность. Пройдите-ка, голубушка, в его святилище и скажите, что Перри Мейсон желает поговорить с ним по поводу пистолета тридцать второго калибра системы «кольт», который был зарегистрирован на него. Предупредите, что я буду ждать ровно тридцать секунд, а потом уйду.

В глазах сестры мелькнуло паническое выражение. Она быстро юркнула в кабинет и шумно захлопнула дверь перед самым носом Перри Мейсона.

Ровно через тридцать секунд он сам вошел туда же.

Доктор Милсоп был облачен в белый халат, делавший его похожим на профессора. В кабинете пахло лекарствами. В стеклянных шкафчиках поблескивали хирургические инструменты. Сквозь приоткрытую дверь виднелись стеллажи с книгами.

Рука медсестры лежала на плече доктора Милсопа. Глаза были широко раскрыты. Она наклонилась к врачу.

Звук открывающейся двери заставил ее обернуться в страхе.

Лицо доктора Милсопа приобрело сероватый оттенок.

Перри Мейсон закрыл за собой дверь с молчаливой бесповоротностью.

Иной раз бывает дорога каждая секунда, – заговорил он. – Я не буду начинать ни с каких преамбул и прошу вас тоже не отнимать драгоценных минут, придумывая всякие небылицы, потому что мне придется доказывать их неправомерность, а на это тоже нужно время.

Доктор Милсоп расправил плечи.

– Я не знаю, кто вы такой, и не нахожу слов, чтобы выразить свое возмущение по поводу вашего нахального вторжения. Либо вы сами выйдете отсюда, либо я позову полицию и вас выведут.

Перри Мейсон стоял, широко расставив ноги, всем своим видом напоминая гранитную глыбу, холодную, неподвластную, доминирующую над всем окружающим.

– Когда будете звонить в полицию, доктор, не забудьте им объяснить, как могло случиться, что вы выдали фальшивое похоронное свидетельство Грегори Лортону в феврале 1929 года. А заодно и причину того, зачем отдали Роде Монтейн кольт тридцать второго калибра с указаниями застрелить Грегори Моксли.

Доктор Милсоп провел кончиком языка по пересохшим губам и с отчаянием посмотрел на медсестру.

– Выйдите, Мейбл.

Поколебавшись минуту, она с ненавистью взглянула на адвоката и покинула кабинет.

– Смотрите, чтобы нам не мешали, – предупредил Мейсон.

Доктор собственноручно запер двери. Потом повернулся к Перри Мейсону.

– Кто вы такой?

– Поверенный Роды Монтейн.

По-видимому, доктор сразу же почувствовал облегчение.

– Это она вас прислала?

– Нет.

– Где она?

– Арестована за убийство.

– Как же вы попали сюда?

– Мне необходимо узнать правду про свидетельство о смерти и пистолет.

– Садитесь, – слабым голосом проговорил Милсоп и сам буквально упал в кресло, как будто ноги его подогнулись.

– Дайте подумать… Вы говорите, Грегори, Грегори Нортон? Конечно, пациентов масса, я не могу вот так сразу припомнить обстоятельства каждого дела. Мне надо посмотреть в истории болезни. Так это было в 1929 году? Если бы вы могли назвать мне какие-то детали…

Лицо Мейсона вспыхнуло от гнева.

– К черту всю эту ерундистику! – гаркнул он. – Вы в дружеских отношениях с Родой Монтейн. Не станем уточнять, насколько дружеских. Вы знали, что она была замужем за Лортоном и что тот удрал. По каким-то соображениям она не хотела брать развод. Двадцатого февраля 1929 года в больницу «Саннисайд» был принят пациент с воспалением легких. Его зарегистрировали как Грегори Лортона. Вы были лечащим врачом. Двадцать третьего февраля больной скончался. Вы подписали свидетельство.

Милсоп снова облизал губы. В глазах у него был панический ужас.

Перри Мейсон посмотрел на наручные часы.

– Даю вам десять секунд на размышление, после этого начинайте рассказывать.

Милсоп глубоко вздохнул и заговорил сбивчиво, торопливо, захлебываясь словами:

– Вы не понимаете. Иначе бы отнеслись ко мне по-другому. Вы же адвокат Роды Монтейн. Я ее друг. И люблю ее. Больше, чем самого себя. Полюбил с той минуты, как мы познакомились.

– Почему вы подписали свидетельство о смерти?

– Чтобы она могла получить страховку.

– Для чего понадобился такой обман?