Читаем Пропавшая полностью

Тогда-то Джоша и охватило беспокойство. В доме их с Лео ждал только пес, чьи пустые миски недвусмысленно говорили о том, что он с утра не кормлен.

– А если «температура», как выразилась няня, слишком слабое слово? – опасается Джош. – Сезон гриппа уже прошел. Вдруг это менингит? Или аппендикс лопнул? Или сепсис?

– Или обычный отит, – предлагаю я чуть менее ужасающий вариант. Присаживаюсь перед Лео на корточки и ласково говорю: – Лео, зайка, не расскажешь, какая сегодня была Дилайла? Она хорошо себя чувствовала? Может, у нее что-то болело?

Лео в упор смотрит на меня, сжимая в руках любимое одеялко. Он очень застенчивый. С другой стороны, ему всего четыре – вряд ли он мог бы осознавать, что Дилайле нездоровится. Не стоит, кстати, забывать и про нашу погоду. Громы, молнии, ураганы, сильно поднялся уровень реки… Каждый день нас только и делают, что предупреждают об угрозе наводнения. Я слышала в новостях, что машины на улицах застревают в воде. А подтопленные дороги, сообщили корреспонденты, крайне опасны. Хватит и пары футов в глубину, чтобы машину унесло потоком. За несколько дней уже выпала месячная норма осадков. В Чикаго, на окраине которого мы живем, к людям в дома приносит канализационные отходы. Словом, кошмар.

Вдруг сзади слышатся какие-то шорохи. Я оборачиваюсь и вижу, что, минуя полукруглую арку, отделяющую кухню от прихожей, к нам идет Беа. Как всегда, босиком. Джинсы на ней промокли почти по колено.

– Я услышала ваши голоса! – весело восклицает она.

Мы не виделись с ней с самого утра. День на работе выдался тяжелый, я почти двенадцать часов простояла на ногах. Провела несколько операций, усыпление. А перед самым моим уходом привели собаку с выпадением прямой кишки. Я вполне могла перенаправить хозяев в круглосуточную ветклинику, но не стала. Вместо этого попросила нескольких фельдшеров остаться и помочь мне вправить выпавшую кишку, а затем наложить шов, тем самым сэкономив хозяевам несколько сотен долларов. Подобные клиники неотложной помощи дерут три шкуры – тем людям такое явно не по карману. Сомневаюсь, что они пошли бы туда. Представляю, как нелегко бедной собаке было бы ждать до утра…

Когда я вернулась домой, Беа работала у себя в студии. Я решила ее не беспокоить. Нам с ней так редко удается пересекаться, вот даже сегодня, когда Беа давно будет спать, я сяду заполнять журналы. «Оставь на утро», – постоянно говорит она мне в надежде, что мы ляжем одновременно. Но я если отложу на утро, то непременно забуду.

В дом врывается поток ледяного воздуха. Май почти на исходе. По прогнозам, в этом году Эль-Ниньо[3]обеспечит лето более холодное и промозглое, нежели обычно.

Беа зябко натягивает вниз рукава кофты, приобнимает меня за талию – рука у нее теплая, не в пример погоде – и целует в макушку.

Я поднимаю взгляд и ввожу ее в курс дела:

– Джош не может найти Мередит с Дилайлой. Ты их не видела сегодня?

Беа на мгновение задумывается.

– Мередит забегала утром… – Она переводит взгляд на Джоша. – У вас молоко закончилось, и она пришла немного попросить.

– Во сколько она приходила? – спрашивает Джош.

– Рано, часов в восемь, – отвечает Беа. – Дети хотели на завтрак хлопья. Подушечки с корицей, да, Лео? – обращается она к Лео с улыбкой, и тот стеснительно улыбается в ответ. – Мередит оставила их дома и прибежала к нам.

– А она не говорила, что Дилайле плохо? – спрашивает Джош.

Беа качает головой:

– Она заскочила только на минутку. Взяла молоко и сразу убежала. Дети были дома одни, она не хотела задерживаться. Перед уходом извинилась за беспокойство. Я ей сказала, что мы вам всегда рады. А что, Дилайла заболела? – встревоженно спрашивает Беа.

Я рассказываю ей про разговор с няней, про жар у Дилайлы.

– Ох, мне жаль, Джош… Нет, Мередит ни о чем таком не упомянула. Я уверена, все обойдется. Может, у нее просто телефон разрядился? – предполагает Беа.

– Так и есть, – соглашается Джош. – Но это не объяснение тому, что их до сих пор нет дома.

– То есть ты нашел телефон Мередит? – удивляюсь я, ведь мобильник она всегда держит при себе.

– Нет, – говорит Джош. – Мы оба установили приложение, которое помогает отслеживать друг друга. Его я в первую очередь и проверил. Там написано, что ее местоположение недоступно, значит, телефон, скорее всего, разряжен либо отключен. Мередит надо быть постоянно на связи с клиентками – она не стала бы выключать телефон.

Джош смотрит на часы. Дилайла, по его словам, ложится спать в полвосьмого, максимум в восемь. Сейчас уже полдесятого.

– В это время, – вздыхает Джош, – дети всегда спят, а мы с Мередит смотрим телевизор.