Читаем Пропасть полностью

Вот сидит семейная пара торгашей (муж и жена), прикативших откуда-то из Донбасса, с не такими уж крупными баулами. Видать торговлей занимаются недавно. Больно уж ведут себя "нетипично". Мужик то и дело ходит к буфету — пивка попить. Жена бойко трещит языком со всеми встречными-поперечными… Вдруг поднимается гай-гуй: ах-ах сумку украли!.. Баба вскакивает и, разыгрывая из себя общественницу (видать дома привыкла выдрючиваться перед покладистым мужем), бежит звать милицию. Я усмехаюсь, уже догадываясь о дальнейшем. Скорее всего, ни у кого никакой сумки вообще не крали, весь мини-спектакль разыгран для отвлечения внимания доверчивой публики. Пока бойкая дама бегает в милицию, размахивает руками, кому-то что-то доказывает и громче всех возмущается (а милиция в таких случаях как раз не особо суетится — оно им надо?), баулы незадачливых торгашей утащены. Вернувшийся из буфета муж, упрекает жену в том, что она забыла о своих вещах, думая о чужих. Баба поначалу что-то сокрушённо бормочет в ответ, краснея и бледнея, потом малость приходит в себя и начинает во всём обвинять своего мужика — разумеется на весь зал. Вновь вызванный милиционер, смотрит на них со скучающим видом. Потом принимается за гораздо более хлебное (для него, разумеется) дело — цепляет какого-то армянина и ведёт в дежурку. Причина? У гостя с Кавказа, в сумке, было два будильника — и он имел неосторожность положить их так, что они были всем видны. Конечно, никто всерьёз не предполагает, что из этих будильников будут варганить таймеры для взрывчатки. В Орле находится часовой завод и говорят, что в специализированном магазине, этих часов — множество разновидностей, по умеренным ценам. Так отчего бы приезжему и не совершить такую покупку? Ну да было бы желание приклепаться — а повод всегда найдётся.

Для меня лично опасность представляют не стукачи и не воры (те и другие не столь уж многочисленны и коварны, самому дурковать не надо), а трепливые "добряки", нихрена в жизни не смыслящие, но гораздые на посулы и советы. "Ой, вы знаете, у нас на заводе (вариант — в колхозе, на фабрике, на ферме, и т. д. и т. п.) так рабочие нужны, так нужны! Вы туда быстрее идите, вас там обязательно примут, с руками с ногами схватят — и не отпустят! И директор у нас такой хороший — золото, а не человек! И жильё там есть. Вот, говорят что безработных много — а к нам идти никто не хочет, у нас рабочих — только давай!.."

Наслушаешься таких чмошников, попрёшься по указанному адресу (добираешься, иной раз, долго и трудно) — а директор (или конторские, из отдела кадров) смотрит на тебя, как на больного: "Что?.. К нам??? Бог с вами — мы своих-то не знаем, куда девать! Еле-еле концы с концами сводим. Кто вам вообще посоветовал сюда идти?.."

Или: "Ой, да приезжайте вон ко мне — у меня там домик заброшенный, в другом районе есть, я в нём не живу. Вы там селитесь и живите, сколько душе угодно."

Приезжаешь и узнаёшь, что — либо в домике живёт какая-нибудь родня хозяина, либо сам этот домик давно по досточкам разобран, никем иным как владельцем, который просто не отвечает за свои слова.

Лучше уж иметь дело с равнодушными людьми, которые тебя к себе в душу не пускают — но и сами в твою не лезут. Излишнее радушие к незнакомому человеку, должно даже настораживать — за исключением тех редких случаев, когда имеешь дело с человеком, хлебнувшим, как говорится, горя. Впрочем — горе не всегда изменяет человека именно в лучшую сторону. Бывает и наоборот.

Однако и сидеть сложа руки, глядя на всех сычом — бессмысленно. Под лежачий камень, говорят, и вода не течёт. Дёрнуло меня как-то зайти в Орле в контору, заведующую делами переселенцев. Говорю — я тоже, мол, с определённой натяжкой, могу сойти за переселенца. Почему бы вам не оказать мне какую-то помощь? Покрутили носами, пробубнили что-то насчёт колхозов, в которые мне следует обратиться…

Странно — они ждут, когда к ним кто-то приедет из Казахстана, или Узбекистана. Русский из России — не котируется. Но на самом-то деле, переселенцам из других республик тоже никто особо объятий не раскрывает. Разве это для кого-то тайна?