Читаем Пропала дочь президента полностью

– То есть? – непонимающе посмотрела на него Мальтевская.

Шеф с фигурой борца пришел к правильным выводам немного быстрее. Он покрутил удостоверение, вернул его гостю, потом тяжело поднялся со стула и, задумчиво потерев приплюснутое ухо, пригласил всех в свой кабинет, сославшись на то, что здесь сейчас начнется бедлам и проходной двор, поговорить не удастся. Гуров не возражал.

– Так, я слушаю вас, товарищи, – уместив свое грузное тело в массивное кресло, сказал директор. – Что-то случилось? С Олесей?

– Не с Олесей, но и с ней может случиться, – заговорил Гуров. – Извините, что не все могу рассказать, поймите меня правильно. Пока идет следствие, часть информации остается закрытой. Мы заняты розыском ее школьной подруги, которая могла с Олесей войти в контакт. Так что прошу вас предельно точно и серьезно ответить на мои вопросы. Скажите, Борткевич когда уехала?

– Вчера вечером. Поездом, – мгновенно ответила Мальтевская. – Группа из восьми девочек и тренера Ирины Владимировны Сологуб.

– Вчера, – понимающе кивнул Далер. – Почти сутки. А за одни сутки…

Гуров понял, что хотел сказать Далер. И у Галины, и у ее преследователей были почти сутки на совершение определенных действий. За это время она могла вступить в контакт с Олесей. За это время наемники могли вступить в контакт с Олесей. То, что Олеся Борткевич все же уехала с группой на спортивные сборы на юг, говорило, что именно с ней ничего страшного не произошло. Может, она с Галиной вообще не виделась со школьных лет. Бандиты могли вполне цивилизованно встретиться со спортсменкой и расспросить о давней подруге, не всегда же они используют чисто бандитские методы. В истории с Валей Копыловой все закончилось стрельбой потому, что сыщики вовремя успели перехватить наемников. Иначе и там все могло закончиться лишь разговором. А могло и по-другому, если бы они поняли, что Валентина им врет.

И Гуров принялся старательно расспрашивать, а не случалось ли чего-то подозрительного, неприятного, непонятного с Олесей, с ее родителями, в силу чего они не хотели девочку отпускать на сборы, может…

– Скажите, – неожиданно прервал его Далер, – а почему вы нас приняли сначала за каких-то перекупщиков?

– Дело в том, что в нашей среде, – вежливо, но с угрюмыми нотками в голосе ответил Олег Андреевич, – такое сплошь и рядом случается. Иногда к нам попадают талантливые молодые спортсмены из регионов, потому что там нет надлежащей базы для подготовки. Такие переходы из общества в общество естественны. Иногда ведущие тренеры страны сами ездят по региональным школам и ищут себе таланты. Но бывает, к сожалению, и так, что спортсменов переманивают, обрабатывают родителей талантливых детей, уговаривая на переезд их чада, обещая создать условия и для родителей в плане трудоустройства и подъемных сумм.

– Это понятно, – вежливо улыбнулся Далер. – Просто из уст милейшей Анны Николаевны прозвучало слово «опять».

– Да, потому что буквально вчера вечером, – вспылила Мальтевская, – звонил мужчина и самым нахальным образом пытался выяснить, а в каком конкретно месте проходят сборы наших спортсменов.

Гуров вцепился в эту информацию мертвой хваткой. Через десять минут перекрестного допроса выяснилось следующее. Некто, представившийся очень невнятно, попросил назвать город и комплекс, на базе которого проходят сборы девочек-гимнасток, уехавших вечером. Мальтевская наговорила нелицеприятных вещей абоненту и нажаловалась оказавшемуся рядом директору. Буквально через десять минут аналогичный звонок поступил самому Олегу Андреевичу, который более вежливо, но с административной непоколебимостью заявил, что подобные вещи по телефону не передаются. Если у господина есть некий интерес, то не был бы он так любезен прибыть в спорткомплекс и после предъявления соответствующих полномочий задать все вышеперечисленные вопросы.

– И что? – поинтересовался Гуров.

– Ну, этим бы все и закончилось, – повел мощными плечами Олег Андреевич. – Но они пообещали прийти сегодня для разговора. Я об этом Анну Николаевну предупредил, чтобы без меня…

– Они? Вы вначале сказали, что звонил мужчина. Один.

– Они? – переспросил директор, задумчиво глядя на полковника. – Действительно, я сказал «они», хотя разговаривал со мной один человек. Это естественно. Знаете… Наверное, он сказал, что «они» придут сегодня, вот я машинально и вам повторил. Да, точно. Прозвучало, что «мы» наведаемся к вам. Около десяти.

Гуров тут же посмотрел на наручные часы. Было половина десятого. Не только на принятие решения, но и на организацию всего остального времени катастрофически не хватало. Он нутром чуял, что это его «клиенты». И понимал, как они осторожны, как легко их спугнуть и как трудно их будет взять. Малейшая фальшь – и ничего из этой затеи не выйдет.

– Так, – решился Лев, – Олег Андреевич, вы ведь в прошлом спортсмен?

– Призер России.

– Борец, судя по всему. Так вот, сможете вспомнить бойцовское настроение перед серьезной встречей? Как в молодости, а?

– Как в молодости? – усмехнулся директор. – А что вы задумали?