Читаем Пролог полностью

выкурил одну сигарету, другую… Повесив голову, потащился обратно к остановке.

Вскорости бабахнул дефолт, после которого рекламное дело, прежде казавшееся Федором

несерьезным источником случайной подработки, стало востребовано чрезвычайно. Продажи

стремительно росли, спрос превышал предложение, местные бизнесмены не могли поверить во

внезапно свалившуюся на них «конъюнктуру» и не знали, как ее переварить. В университете Федор

стал появляться только за стипендией, да и то редко. Недописанная диссертация была упакована в

серый пластмассовый чемоданчик.

- Решил тогда, что деньги будешь зарабатывать, вот и зарабатывал бы себе, - напирала Жанна.

- Ты правда не понимаешь или просто срываешься на меня? Жил я себе жил, а потом - как

вспышка… И все меняется…

- Давай только без поэзии, а?

Жанна резко свернула налево, на неприметную дорожку среди сосен. Через две сплошные и

прямо перед гаишной машиной. Очевидно, раздражение не проходило.

- Все из-за этой старой… Была б моя воля, я б ее козу туда бы загнала – год бы искала!

- Мешает что-то? – осведомился Федор.

- Ты мне еще поязви! Вообще сейчас пешком пойдешь!

Она достала сигарету, щелкнула красивой дорогой зажигалкой с лазерной гравировкой First

Банк.

35

©

- Любовь… Единственная штука, с которой справиться нельзя, вообще неуправляемыми и

неадекватными людей делает. Откажись от любви – и будет тебе простое человеческое счастье!

- Павлины, говоришь?

– Павлины, павлины! Так что сам ведь себе все выбрал. Жизнь – это тебе не волейбол, она вторых

шансов не дает!

- Да, а куда это мы с тобой тогда едем?

- Все, молчи! – Жанна обиженно выпятила нижнюю губу, отчего в профиль стала похожа на актрису

Анджелину Джоли.

- Посылка тебе, чуть не забыл, - сказал Федор, чтобы сменить тему и достал из пакета полученный

от бабы Нины сверток.

- Кинь назад, - бросила она безразлично.

Машина подъехала к кирпичной стене метра в три высотой, которая, очевидно, являлась

забором громадного участка на самой окраине престижного коттеджного поселка. У ворот стояла

будка, из нее неторопливо вышел милиционер в фуражке и чуть ли не парадной форме под плащ-

палаткой, подошел к джипу. Жанна опустила стекло.

- Пропуск заказан? – он кивнул в сторону пассажира.

- Конечно, на Круглова, проверьте – Жанна, похоже, местные порядки знала хорошо. И ее здесь явно

хорошо знали. Мент вытащил наладонник («Технологии ХХI века проникают даже в нашу советскую

милицию», - усмехнулся про себя Федор), поводил стилусом по экранчику и кивнул. Порядок, мол.

Гигантские ворота медленно поползли в стороны. За ними машину встречали двое

охранников, уже без опознавательных знаков, зато в камуфляже и с армейскими длинноствольными

«Калашами».

- Серьезно тут все у вас, - не выдержал Федор.

Жанна недовольно скривилась и коротко ответила, фактически приказала:

- Выходи. И помалкивай, пожалуйста. Сейчас пойдем к Кощею.

- Хорошее какое у человека прозвище. Доброе такое.

- Кощей – потому что бессмертный, - наставительно произнесла Жанна и вышла из джипа, сунув под

мышку посылку из деревни.

Охранник сопроводил их к одному из домов, беспорядочно разбросанных по поместью среди

громадных сосен. Строение называлось баней; может быть, где-то в его глубинах и были

помывочные и пропарочные помещения, но зашли Жанна с Федором в просторную гостиную,

отделанную в обычном стиле охотничьих домиков. Вернее будет сказать, зашла Жанна, Федору

пришлось еще некоторое время потоптаться в небольшой прихожке.

У камина, спиной к входу, стоял невысокий мужчина в шароварах, клетчатой фланелевой

рубашке и стоптанных ботинках. Которые нельзя было назвать иначе, как чувяки. Кощей обернулся и

кивнул Жанне. «Знакомое лицо, видел в телеке, кажется, банкир, из основных. Фамилия еще такая

генеральская. . Корнилов. Чуть ли не единственный, кто все метаморфозы нового русского

капитализма пережил. И всегда в выигрыше оставался. Действительно, бессмертный», - нервно

думал Федор. Круглолицый, холеный, чуть полноватый, он был совсем не похож на костлявого

персонажа русских сказок.

Хозяин сел в большое кожаное кресло в дальнем углу. Такие стояли одно время во всех

приличных офисах, провинциальных, не столичных, конечно, а теперь оно выглядело просто убого.

Он посмотрел, наконец, в сторону Федора, но не на него, а куда-то сквозь.

- Этот? – спросил он у Жанны. Будто были другие варианты.

- Да, Герман Константинович, - она кивнула.

- Ну-ну, - Кощей скептически хмыкнул и вытащил из-под себя драный жилетик из кроличьего, вроде, меха. - На вот, согреешься, если что… в горах, - он криво усмехнулся.

Но передал драгоценный подарок почему-то Жанне.

- Я спросить хотел, - осторожно произнес Федор.

- Спросить? Попиздеть ты хотел, как обычно! – теперь Кощей уже смотрел на него. Надо сказать, от

тяжелого этого взгляда Федя слегка съежился. – Думал, еще одного клоуна-пиздабола нашел,

36

©

который тебя умными разговорами развлекать будет? Ошибся. Мне с тобой разговаривать не ин-те-

рес-но. Все, до свиданья.

Банкир включил телек и демонстративно уткнулся в выпуск новостей BBC.

Федор попятился к выходу. В последний момент он заметил за креслом обрывки упаковочной