743-я батарея в основном вела огонь по приказанию с командного пункта артдивизиона. Так, в середине ноября, ночью, на командный пункт батареи позвонил командир дивизиона майор Н. В. Зиновьев и приказал немедленно открыть огонь, чтобы подавить батарею противника на мысу Такиль. Нужно было обеспечить безопасный проход каравана судов в порт Тамань.

— Боевая тревога! По батарее противника, азимут... прицел... снаряд фугасный! Два снаряда! Огонь!

Цель была пристреляна, но несмотря на это, были даны контрольные выстрелы. Дальномерщик Тропинин, зорко следивший за вспышками разрывов, доложил: «Попадание в цель!»

— Батарея — беглым, по десять снарядов, огонь! — прозвучала команда.

Загудели снаряды, рассекая ночное небо над Керченским проливом. Неприятельская батарея молчала. Очевидно, [183] разрывы наших снарядов не дали противнику возможности открыть заградительный огонь по судам. Его прожекторы безуспешно шарили по проливу в поисках наших судов, которые уже прошли через Тузлинскую промоину и теперь уверенно держали курс на порт Тамань.

Трудность проводки судов состояла в том, что весь Керченский пролив был сильно заминирован. В минных полях наши тральщики пробили фарватер, но малейшее отклонение от него вело к подрыву судов на минах.

С момента высадки десантов на Эльтиген и Еникале нашим батареям было приказано постоянно обеспечивать проход судов в порт Тамань и подавлять артогнем батареи противника. Иногда вражеская батарея на мысе Такиль внезапно открывала огонь по 743-й батарее. Тогда мне звонил командир огневого взвода лейтенант В. П. Беспалов: «Товарищ командир, личный состав просит дать фашистам сдачи».

Командир дивизиона и замполит иногда поддерживали подобную боевую инициативу личного состава, но при этом всегда напоминали о бережливом расходовании боезапаса и о том, что нашей задачей является поддержка войск и обеспечение прохода судов через пролив.

Как-то в середине ноября мы открыли огонь по позиции вражеской батареи и заставили ее замолчать. В течение этого артиллерийского поединка вся позиция нашей батареи усиленно бомбардировалась противником, тяжелые снаряды врага падали недалеко от орудий, осыпая их градом осколков. На первом орудии старшины 1-й статьи В. И. Макеева взрывной волной были сорваны прицелы, два краснофлотца ранены, но «коминтерновцы» не прекращали огня, пока батарея противника не замолчала. В этом бою отличились командир подачи старшина 2-й статьи М. К. Чекус, краснофлотцы К. А. Джолия, В. И. Немце-Петровский, И. Д. Павловский, Ф. И. Воропаев.

В этом же бою с батареей противника на мысе Такиль осколки снарядов попали в нишу с боеприпасами, и возникла угроза взрыва боезапаса. Как и под Туапсе в октябре 1942 года, бросились к горящему боезапасу краснофлотцы Джолия, Воропаев, Павликовский, Довженко, Чекус. Рискуя жизнью, они песком и матами тушили загоревшиеся заряды, пока не ликвидировали пожар. За самоотверженные действия все они были награждены орденами и медалями.

В дни, когда 743-я батарея поддерживала огнем эльтигенский и керченский десанты, авиация противника [184] систематически бомбила наши батареи на Таманском полуострове. Ее налеты успешно отражали зенитчики батареи под командой старшины 1-й статьи Сучкова. Их меткий огонь из пулеметов и 45-миллиметровых орудий лишал противника возможности наносить удары на низкой высоте.

Хочется добрым словом вспомнить краснофлотцев, которые занимались снабжением батареи. В трудных условиях бездорожья и распутицы работал взвод снабжения во главе со старшиной батареи главным старшиной П. А. Левченко, старшинами 1-й статьи Василенко и Тарасовым. Невзирая на бомбардировку неприятельской авиацией сухопутных дорог и тылов, краснофлотцы взвода бесперебойно обеспечивали батарею боезапасом и другими материальными средствами. Большая заслуга в этом была начальника боепитания дивизиона старшего лейтенанта Ф. И. Резниченко.

Прорыв на Митридат

Заканчивался ноябрь 1943 года. На эльтигенском плацдарме части 318-й дивизии и морская пехота вели ожесточенные бои. Танки противника прорывались к плацдарму с обоих флангов. Наши десантники все чаще просили огня по наседавшим на них вражеским войскам. Трудно было им сражаться со значительно превосходившими силами противника, да еще и в отрыве от баз снабжения. Позади был Керченский пролив, а впереди — родная многострадальная Керчь. Но великое чувство любви к Родине придавало бойцам силу в преодолении всех невзгод и лишений. Однако не хватало боезапаса и продовольствия. Многие раненые требовали немедленной помощи, а вывезти их было не на чем...

Всем участникам тех боев запомнился волнующий звук рокота моторов, вслед за которым на небе появлялись самолеты «По-2» 46-го гвардейского Таманского полка (командовала им майор Е. Д. Бершанская). Героические летчицы на ночных бомбардировщиках уничтожали батареи и прожекторы противника, снабжали эльтигенский десант продовольствием и боеприпасами, а главное, своим появлением над Эльтигеном поднимали моральный дух десантников.