‒ Мам! Прими вызов! Улица Садовая 28! При въезде на улицу, метрах в двести от начала будет заброшенное здание! Пускай остановятся возле него!

‒ Ладно. Жду тебя.

Соня пришла в себя уже в палате приемного отделения. Серые стены, белый потолок. Это первое, что увидела девушка, открыв глаза. Резкая боль в голове моментально врезалась по вискам. Девушка взялась за голову.

За дверью раздался голос Кирилла.

‒ А что мне, прикажешь, нужно было делать? Я не знаю, что с ней произошло! То ли изнасиловали, то ли еще что-то! Она упала, и сильно забила голову!

‒ Отцу, зачем соврал?!! Он переживает! Не спит!

‒ А разве он бы отпустил меня, если бы я сказал, что Соня попала в беду?!!

Соня не по своей воле стала свидетельницей ссоры матери и сына. Кирилл, как мог, пытался оправдать себя и девушку. Хотя, лучше у него получалось, конечно, доказывать, что он делал возле заброшки посреди ночи, чем объяснить маме, что там забыла в это время Соня. Но в данный момент девушке было совсем не до этого. У неё ужасно болела голова. Она лежала на кушетке, и не совсем понимала, что вообще происходит.

Вдруг в палату вошла мать. Снаружи, в коридоре, послышался хлопок дверью. Мама Киры, будто не замечая девушки рядом с собой, прошла к столу, стоящему недалеко от кушеток, и принялась заполнять какие-то бумаги. Соня, закрыв глаза, попыталась уснуть, в надежде все же унять сном головную боль. Но даже сквозь дремоту она не покидала девушку.

Часть XI.

Наверное, ожидание – это самая противная в мире штука. Тут поспорить сложно, особенно, если речь идет о чем-то очень важном. Когда в жизни наступает момент, при котором от тебя ничего не зависит, кроме умения терпеть и ждать, бывает очень трудно сдержать себя в руках. То ли от любопытства, то ли от банального неумения выявлять выше упомянутое терпение. Лучше все и сразу, даже если не особо приятными могут быть последствия.

Кирилл заметно нервничал под палатой приемного отделения, куда он буквально час назад привез Соню. Ноги судорожно тряслись, руки не отрывались от головы. Изредка парень подымался со скамейки и прохаживался из угла в угол, поглядывая на дверь палаты. Мать строго настрого приказала ожидать. Недавно в палату зашел дежурный врач. Вероятней всего, это был плановый осмотр новоприбывших.

«Как она туда попала?? Дура, безмозглая дура!!! Я же ей говорил, предупреждал. Не лезь ты туда! Зачем??? И что теперь делать?»

Парень истязал себя вопросами. К примеру, почему он привез свою ненаглядную посреди ночи нагишом в больницу, в таком состоянии. И как это объяснить родителям.

Мать Кирилла сразу заподозрила, что это либо передозировка, либо белая горячка. Но, к счастью, ничего из этого ни осмотр врача, ни, впоследствии проведенные, анализы, не выявили. Сотрясение мозга и ушиб ребер. Девушке наложили на голову компресс и дали выпить болеутоляющее. Соня в полудреме пожаловалась, что у неё ужасно болит голова и бок. Медсестра, с позволения врача, дала ей таблетку. После этого, София умостилась спать. Мать же, заполнив нужные бумаги, вышла к сыну.

‒ Мне просто интересно, как ты собираешься все это объяснять?

‒ Я не знаю.

‒ А кто знает?

‒ Мам! Мне позвонил наш общий друг. Сказал, что она попала в беду.

‒ И ты, как истинный благородный рыцарь, побежал спасать суженую.

‒ А что мне оставалось делать? Бросить её в таком состоянии?

‒ В конце концов, у неё есть родители. Которым, как я смотрю, вообще плевать на дочь.

‒ Даже если и так. Что дальше?

‒ Не повышай на меня голос. Иначе сам пойдешь и будешь ей компрессы менять.

‒ Я не повышал.

‒ Я слышала. Она сильно забилась, сотрясение мозга у неё. Ребра побиты. Но это можно понять, ведь, как я посмотрела, она падала. Верно?

‒ Из-за этого мне друг и позвонил. Она упала в пропасть между ступеньками.

‒ Где это?

‒ На заброшке.

‒ Ну, понятно. Где же ей еще гулять!

‒ Я ей говорил об этом.

‒ Видимо, не доходчиво говорил. Ладно. Меня другое смущает. Почему, блин, она голая??

‒ Я сам уже голову сломал себе. Не знаю! Может бомжи обокрали.

Внезапно в дверь отделения каталкой въехали трое санитаров и медсестра. Поступила девушка, довольно молодая, с острым отравлением. Мать приказала сыну собираться домой, утром идти в школу.

‒ По дороге хорошо подумай, что скажешь отцу.

‒ Позвони, если Соня очнется!

‒ Ладно. Спокойной ночи.

‒ И тебе.

Мама побежала за врачом, пока пациентку доставили в палату. Соня же до утра спала крепким сном.

Кирилл уснуть так и не смог. Он бродил до утра по комнате, крутился на кровати. Ему не давало покоя увиденное в подвале. Прийти в себя, после такого, очень трудно. Первое, в чем убедился юноша, что он пойдет перед школой в больницу в любом случае. Чего бы это не стояло.

Отец не общался с Кириллом. Он всячески его игнорировал.

«Мама доложила уже. Никак иначе», ‒ подумал парень утром.