Читаем Проклятие полностью

– Щуплый, безмозглый крестьянин вздумал угрожать мне самопалом! – Он утер слезы. – Смотри, пальцы не обожги, парень… Чем же ты зарядил эту штуку? Желудями?

– Свинцовой пулей весом в шесть унций и добрым фунтом чистейшего зернистого пороха. Этого с лихвой хватит, чтобы хоть одного из вас отправить к дьяволу.

Смех Ганса фон Вертингена резко оборвался. У троих его людей уверенности тоже заметно поубавилось.

– Так это ты, значит, прежде стрелял? – недоверчиво пробормотал рыцарь. – Но неужто это возможно? Чтобы один только порох в самопал набить, сноровка нужна, как у бывалых ландскнехтов. А зернистый порох немалых денег стоит, и…

– Фитиль уже наполовину сгорел, – перебил его Матис. – У вас не так много времени.

Он чуть сместил аркебузу и направил дуло точно в мятый нагрудник фон Вертингена.

– Ну, убирайтесь!

– Ты… пустобрех… – Гансу фон Вертингену стоило немалых трудов, чтобы овладеть собой. Он с мрачным видом сплюнул на землю. – Что уж там! Меня ты не проведешь. Готов поспорить, эта штука не заряжена. Хватайте его, ребята!

Но разбойники словно приросли к седлам.

– Хватайте его, черт бы вас побрал! Или я самолично вас жопой на аркебузу насажу!

Угроза возымела действие. Всадники наконец зашевелились. Они угрожающе медленно двинулись на Агнес и Матиса. Глаза их сверкали жаждой убийства.

Не прошли они и нескольких шагов, как поляна вдруг сотряслась от оглушительного грохота, до того громкого, словно целый мир разнесло в прах.

Агнес бросилась на жесткую землю и краем глаза заметила, как один из всадников внезапно вылетел из седла, словно сраженный молотом Господа. Верхняя часть его туловища превратилась в сплошное красное месиво. Агнес ощутила что-то влажное на лице, и в тот же миг ее забрызгало мелкими каплями крови.

От аркебузы поднимался густой столб дыма.

Агнес завопила в ужасе, люди и животные вокруг метались в панике. Ее охватил смертельный страх. Что же Матис наделал? Теперь пути назад нет! Эти люди убьют их обоих, сомневаться уже не приходилось. Агнес отчаянно пыталась отползти к кустам на краю поляны, но ноги перестали ее слушаться. После взрыва все звуки казались приглушенными и звучали словно в отдалении, как если бы она накрыла голову подушкой. Громадный дог с визгом забился под выступ скалы, две лошади сбросили своих седоков и с громким ржанием унеслись прочь. Один только Ганс фон Вертинген остался в седле. Лицо его стало багровым от злости и кровавых брызг.

– Вы… вы за это заплатите! – прокричал он в ярости и схватился за громадный меч. – Плевать на выкуп! Филипп фон Эрфенштайн получит свою дочурку… Голову, руки и ноги, все по отдельности, одно за другим!

Он выхватил меч и с яростным ревом понесся на Агнес, точно парализованную посреди поляны. Словно время замедлило свой ход, девушка улавливала взглядом каждое движение рыцаря. Воздух наполнял гул и звон. Клинок уже взлетел вверх, как вдруг на плечо ее легла чья-то рука. Это Матис в последний момент оттащил ее в сторону.

– Надо убираться! Слышишь? – проорал он ей на ухо; голос его звучал как-то приглушенно.

Агнес кивнула, как под гипнозом, но затем кое-что вспомнила.

– Парцифаль! – закричала она вне себя. – Нельзя оставлять его в беде!

– Забудь про сокола, свою жизнь надо спасать! Смотри, этот ублюдок возвращается!

Матис показал на Ганса фон Вертингена. Тот развернул лошадь и снова понесся на них.

Агнес в отчаянии огляделась, но сокола разыскать так и не смогла. В конце концов она вскочила на ноги и бросилась вместе с Матисом в сторону леса. Где-то за спиной фыркала и ржала лошадь.

– Проклятье, я до вас доберусь! – кричал Ганс фон Вертинген. – Постойте, и тогда я, может быть, проявлю рыцарское милосердие!

– Милосердие, вот уж насмешил! – просипел Матис, увлекая Агнес за руку. – А еще секунду назад хотел на куски нас порубить…

Задыхаясь от страха, они продирались через кустарник, спотыкались о норы и гнилые ветки, пока ржание за спиной не затихло. Вскоре Агнес остановилась и прислушалась. В ушах еще немного гудело, но в целом слух, похоже, восстановился. Она с облегчением отметила, что в густых зарослях всадник на лошади преследовать их не мог.

– Не помешало бы спрятаться, – прошептала Агнес. – Тогда он наверняка проскочит мимо.

– Не забывай про собаку. Она может нас учуять.

Матис потащил ее дальше, пока они не добрались до небольшого ручья, что змеился через лес.

– Если пройдем немного вдоль него, то псина, возможно, потеряет след.

Не переводя дыхания, они вошли в холодный ручей. Вода доходила почти до коленей. Агнес ухватилась правой рукой за жилет Матиса и постаралась не думать о растерзанном комке шерсти, бывшем всего пару минут назад ее любимым, жизнерадостным Пьюком.