– Я где-то часов в двенадцать спать лег, – стал он рассказывать. – Лежу, уже дремать начал. И вдруг слышу – в дверь стучат. Что такое? Я вскочил, спрашиваю: «Кто там?» Слышу, какой-то женский голос отвечает: «Откройте на минуту, очень нужно». Фу ты, думаю, женщина, значит, одеться надо. Я быстренько натянул штаны, рубашку. Открываю. Вижу – стоит Татьяна, жена Аркадия. И спрашивает: «Скажите, Сергей, у вас нет баралгина? Голова очень болит. Кажется, у меня высокое давление». Я ответил, что весьма ей сочувствую, но у меня самого голова никогда не болит, даже с перепою, и поэтому таблеток я не держу. И посоветовал обратиться к дежурному охраннику. Она сказала, что так и сделает. Ну, и я закрыл дверь. Вот, так что у меня есть свидетель.

Следователь Ярыгин слегка растерялся – он не ожидал такого поворота. Тогда Гуров решил вступить в разговор.

– К вам, Сургучев, есть и еще один вопрос, – сказал он. – Вопрос этот касается Андрея Вдовина. Догадываетесь, о чем разговор?

– Понятия не имею! – отвечал бизнесмен, разводя руками.

– А кто посоветовал Андрею попытать счастья на валютной бирже? Играть на курсах валют?

При этих словах лицо бизнесмена скривилось, словно проглотил что-то горькое. Он искоса взглянул на Гурова – видимо, оценивал, какой еще информацией он обладает. Гуров не обладал больше ничем, кроме этих нескольких слов. Поэтому он сделал лицо как можно более веселое и уверенное, словно готов в любой момент выложить на стол главные козыри. И бизнесмен поверил, что такие козыри у противника имеются.

– Ну да, – нехотя признался он, – дал я парню пару советов. А что было делать? Он ко мне как с ножом пристал: «Скажи, дядя Сергей, как мне быстро бабки отгрести». Ну, я научил…

– Видать, плохо учили, – заметил Гуров. – Никаких бабок Андрей на этом поле не отгреб; наоборот, еще в долги влез. И занимать пошел опять-таки к Кононову…

– Значит, Андрей тоже был в долгу у погибшего? – воскликнул удивленный Ярыгин. – Интересная деталь, я не знал… Если бы знал…

– Не стал бы менять младшему Вдовину меру пресечения? – договорил за него Гуров. – И напрасно. Не горюй: правильно сделал, что освободил парня. Ну что, у тебя еще вопросы к уважаемому Сергею Сергеевичу имеются?

– Да вроде нет пока…

– В таком случае мы с вами пока попрощаемся, – обратился сыщик к бизнесмену. – Но в усадьбе вам еще придется побыть. Вопросы еще могут возникнуть.

Глава 11

Гуров проводил следователя к машине и уже пожелал ему счастливого пути (при этих словах Ярыгин скривился – как видно, он по-прежнему жалел, что освободил из-под стражи Андрея Вдовина), но тут вспомнил о просьбе вдовы погибшего бизнесмена, Татьяны.

– Слушай, Виктор Васильевич, – сказал он, – тут ко мне обратилась с просьбой Татьяна Кононова, вдова погибшего. Она просит выдать ей тело мужа, для погребения. А также снять с нее самой подписку о невыезде. Я так понял, что она хочет отвезти тело в Москву. Ты не возражаешь?

Ярыгин некоторое время подумал. Пожав плечами, произнес:

– Вскрытие врачи провели, заключение сделали. Вопросов оно не вызывает. Причина смерти ясна. Так что держать покойника дальше вроде оснований нет. Что касается вдовы… не знаю… Вы-то сами как считаете?

– Мне кажется, она нам тоже для нужд следствия не нужна, – сказал Гуров. – Дело вряд ли бытовое. И потом, даже если она может что-то сообщить, мы всегда сможем ее допросить в Москве.

– Ладно, пусть едет, – согласился Ярыгин. – Я завтра же подготовлю все документы для выдачи тела и снятии с нее подписки. К обеду может ко мне подъезжать.

Гуров кивнул в знак согласия. Проследив, как машина следователя выкатила из ворот, сыщик направился было к дому, но затем остановился и свернул в сторону. Ему предстоял разговор с одним из ключевых свидетелей – тем самым Андреем, о котором только что шла речь на корте. От этого разговора многое зависело, и провести его надлежало на высоком уровне, без сбоев – совсем не так, как прошла их первая беседа в СИЗО. Поэтому надо было продумать стратегию разговора, продумать вопросы и возможные ответы на них. Гуров снова, как и в середине дня, сделал несколько кругов вокруг дома и только потом вошел внутрь.

Как он и предполагал, Андрея он нашел в комнате горничной Лены. Правда, самой Лены здесь не было – отлучилась куда-то. Младший Вдовин сидел на кровати и ковырял зубочисткой в зубах. Тут Гуров сообразил, что только что закончился ужин и он его тоже пропустил, как и обед.

– Что, поел? – спросил он.

– Да, перекусил слегка, – ответил Андрей, настороженно глядя на сыщика.

– Небось после тюремного варева здешняя еда царской показалась?

– Чего там показалась? Она царская и есть! Никита готовит как в Кремле. Да, разница чувствуется…

– Ну, раз поел, можно и поговорить, – заключил Гуров. – Только давай не здесь – Лена может в любую минуту вернуться, а у нас разговор предстоит серьезный, посторонние тут не нужны.

– А какой у нас с вами разговор? – сказал Андрей, пожимая плечами. – Я уже все рассказал, что знаю. Вон и обвинения с меня сняли. Полностью чист перед законом!