Читаем Проклятая усадьба полностью

Следя за направлением его движения, он с удивлением отметил, что тот идет не к какому-то из заправлявшихся сейчас автомобилей и не к кассе, возле которой собралось несколько человек, а к стоявшей сбоку от здания в ряду других автомобилей «Газели».

Из нее показался высокий худощавый мужчина и, улыбаясь, пошел навстречу Зубову.

В это момент к оставшемуся в единственном числе месту у заправочных колонок подъехал огромный джип, и следом за водителем, подошедшим к кассе, из него вышел не кто иной, как Владислав Игоревич Полонский.

Переполненная заправка, густой снег, продолжавший падать с неба, общая сутолока, создаваемая платившими и заправлявшимися автолюбителями, чрезвычайно затрудняли видимость и усложняли ситуацию в целом, но тем не менее Гуров сразу понял, что главное началось.

Видя, как решил обставить осторожный Кот эту «неожиданную» встречу, Гуров подумал, что оперативники могут не догадаться, что происходит, и снова взялся за трубку.

Теперь он уже не сомневался, что ажиотаж на заправке создан искусственно и что все эти многочисленные автомобили выставились здесь отнюдь не случайно.

Полонский приехал не на своей машине, на чем и когда прибыл Котов, вообще неизвестно. Он мог выйти из любого автомобиля, подъезжавшего в течение этого времени сюда заправляться, и спокойно перейти в «Газель», пользуясь тем, что в сутолоке отъезжавших и приезжавших легко остаться незамеченным.

Подождав немного и убедившись, что все спокойно, он позвонил Полонскому, чтобы тот подъезжал, и вытащил из машины второй час дежурившего здесь Зубова.

Среди толпы переходивших туда и сюда людей и множества машин, собравшихся в этот момент на заправке, «встреча друзей» почти не привлекала к себе внимания и вряд ли была как следует видна даже кассирам, из своих окошечек смотревших прямо на территорию заправки. Что уж говорить об оперативниках, по самому роду своей задачи вынужденных скрываться и наблюдать из разных незаметных щелочек.

Гуров активировал контакт, но не успел нажать на кнопку вызова, как увидел, что прибытие фигурантов заметил не только он.

К друзьям, в этот момент уже начавшим обмениваться какими-то бумагами, быстро подходили люди в штатском, и через минуту Полонский и высокий мужчина, вышедший из «Газели», уже лежали лицом вниз на капотах стоявших поблизости автомобилей с заломленными назад руками.

В этот момент Гуров увидел, что стоявший в это время в сторонке Зубов рухнул как подкошенный, и понял, что настало время действовать ему самому.

Вытащив пистолет, он наобум выстрелил в сторону крыш, не столько для того, чтобы попасть в снайпера, сколько с тем, чтобы отвлечь его внимание от стоянки и не дать уложить рядом с Зубовым кого-нибудь из оперативников.

После этого полковник начал осторожно выдвигаться в сторону сарайчиков, постоянно меняя траекторию, чтобы не дать возможности в себя прицелиться и время от времени стреляя.

Когда он был уже достаточно близко и мог вести прицельный огонь, крупный, высокого роста мужчина перескакивая с крыши на крышу, спрыгнул на землю и побежал в сторону лесопарковой зоны.

С удовлетворением отметив, что и в этом случае его догадки тоже оказались верны, и надеясь, что верный «айкидока» находится на своем посту, Гуров пустился вдогонку.

Снегопад заметно стих, но по высоким сугробам бежать было очень неудобно, и, как ни старались и убегавший и догонявший усилить темп, все происходило как в замедленной съемке.

Высоко задирая ноги и скача по сугробам, Латыш все же не выпускал из рук тяжелую винтовку, из чего Гуров сделал вывод, что в ней еще остался заряд.

Снайпер уже приблизился к парку, и вскоре его труды должны были намного облегчиться. Густые, ветвистые деревья не давали падавшим с неба хлопьям так обильно устилать землю, и под ними снежный покров был значительно меньше. Под этой природной защитой снайпер мог продвигаться быстрее и получал значительное преимущество перед Гуровым, все еще продолжавшим барахтаться в девственных снегах.

Но тут произошло нечто, что неожиданно задержало его стремительный бег.

Из-за деревьев, едва успел снайпер на несколько шагов продвинуться в глубь парка, выскочил Игорь.

«Рано, черт!» – с досадой думал Гуров, торопясь выбраться из сугробов.

Игорь, по-видимому, хотел применить один из приемов своего боевого искусства, но ошарашенный этим явлением Латыш, почти инстинктивно размахнувшись, со всей силы ударил его винтовкой.

В качестве допотопной дубины современное оружие сработало тоже неплохо. От богатырского удара щуплый Игорь отлетел назад на несколько шагов и, по-видимому, потерял сознание.

Но задержка, вызванная этим небольшим инцидентом, позволила Гурову наверстать время.

Он уже приближался к кромке деревьев, но тут увидел, что снайпер направляет на неподвижно лежащего Игоря ствол винтовки.

Прицелившись, насколько позволяли оставшиеся секунды, полковник выстрелили Латышу в руку и, очевидно, попал в кисть, поскольку тот, застонав, выронил винтовку.